Вечная погибель - Тигест Гирма Страница 100

Кидан ощетинилась от резкого движения. Она хотела, чтобы он что-нибудь сделал.

— Все в порядке, – голос Аджоа был мелодичным, слишком спокойным. – Я этого ожидала. Но здесь говорить не безопасно.

Сакро слегка поклонился и отступил назад.

Аджоа встала и направилась в близлежащий лес, жестом позвав Кидан за собой. Кидан с опаской их осмотрела и повернулась к башне в поисках Сузеньоса.

Лучше подождать его. В любом случае, рядом с ним она будет чувствовать себя увереннее.

— Он не может сопровождать тебя, – сказала Аджоа, слегка прищурившись.

— Почему?

— Ему нельзя доверять.

Кидан чуть не рассмеялась.

— Я доверяю ему больше, чем тебе.

— Правда? – Аджоа наклонила голову. – Ты знаешь, чем он сейчас занят? Или с кем разговаривает?

Кидан ничего не ответила, и Аджоа продолжила:

— Он встречается с отщепенкой, которую ты привела, Арин Тавендио.

Арин… Кидан ее почти не знала. Жестокая вампирша, которая обожгла руку Юсефа и проводила большую часть времени с профессором Андреасом.

О чем Сузеньос с ней говорит?

Кидан постаралась не выдать удивления и резко спросила:

— Почему ты следишь за ним?

Аджоа расправила квадратные плечи и холодно ответила:

— Он убил вампира из моего дома.

Хорошо, собиралась ответить Кидан, когда Аджоа направилась в лес, а ее вампир пошел следом.

Мысленно чертыхаясь, Кидан пошла по тропинке среди тонких деревьев. Следовало захватить пальто – ветви резали руки. Они шли долго – настолько долго, чтобы ее опасения достигли предела.

— Эй! – крикнула Кидан, пытаясь ее догнать. – Дальше я не пойду.

Аджоа остановилась на небольшой поляне и посмотрела на своего вампира. По сигналу Сакро обошел пространство – раз, другой, высматривая угрозу.

— Все чисто, – объявил он. Аджоа спрятала руки под длинное меховое красное пальто – его воротник напоминал толстую кошку.

— Знаешь, а ты похожа на нее. На Махлет. Кроме волос.

Раньше Кидан почувствовала бы себя неловко, но сейчас она расправила плечи. Ей надоело жить в тени ее легендарных родителей.

Взгляд Аджоа скользнул по серебряному значку дома на груди Кидан. Горы-близнецы мерцали на фоне красного моря.

Ее лицо затмила глубокая печаль.

— Мне жаль, что ты носишь серебряный пин.

— Большинство людей сказали бы «поздравляю», – выплюнула Кидан.

— Да? – Взгляд Аджоа затуманился. – Разве твой поступок – повод для радости?

Аджоа сжала собственный значок. Золотой символ короны.

— Кто бы мог подумать, что из всех нас преуспеет именно Силия.

Кидан подумала, что ослышалась.

— Моя тетя?

— Она забрала из Укслея тебя и твою сестру. Дала вам шанс на нормальную жизнь.

Аджоа понятия не имела о жизни Кидан. В третьем классе Джун и Кидан часами сидели в парке после школы. Мама Аноэт возвращалась домой в шесть, и им не разрешалось заходить одним. Поэтому они ждали на сломанной скамейке, с тугими рюкзаками на плечах, наблюдая, как другие родители забирают детей. Некоторые оставались в парке, позволяя детям поиграть, а другие едва останавливали машину, громко сигналя в спешке. Кидан не осуждала разгневанных. По крайней мере, они приезжали. Когда садилось солнце и становилось ясно, что Мама Аноэт забыла их забрать, Джун засыпала – что-то бормотала и отбивалась от кошмаров. Кидан медленно шла домой, неся ее на спине.

Это не нормальная жизнь. Смерть родителей им ничего не дала, только навредила. И от любого намека на хорошую жизнь у нее сводило зубы.