Энчантра. Тринадцать клятв - Кейли Смит Страница 101

— А если я скажу «нет»? И она умрет? – поинтересовался первый голос.

Ответа не последовало.

Через минуту по ее телу прошла резкая электрическая дрожь. Началась с кончиков пальцев и расползлась по каждой клеточке кожи. Эта непонятная магия вызывала ужасный зуд, и Женевьеве отчаянно хотелось почесаться, но двигаться она по-прежнему не могла.

— Не двигайся, – успокоил знакомый голос. – Еще немного, обещаю.

Тишина. Разряды продолжились.

— Я тебя раскусила, так и знай, – наконец снова заговорил мягкий голос.

И опять ни слова в ответ.

Женевьева не знала, сколько прошло времени, когда зуд наконец прекратился.

— Ты должна держаться ради меня, – потребовал голос. Тот, что согревал ее.

— Что ты мне дашь, если я это сделаю? – попыталась ответить она.

Долгая пауза.

— Что бы ты попросила? – на этот раз слова прозвучали почти шепотом.

— Что-нибудь настоящее, – сказала она.

Тишина.

29. Святилище

Cпину Женевьевы согревало приятное тепло, а ее талию обвивала тяжелая рука. Ей еще никогда не было так уютно. И она почувствовала на щеке что-то шершавое и мокрое.

Язык Умбры.

— Фу, – простонала она, открывая глаза и стирая со щеки слюну фамильяра. – Умбра, хватит.

На мгновение Женевьева оцепенела – до нее дошло, что за ее спиной лежит Роуин. Он приподнял руку, позволяя ей повернуться к нему лицом, и она порадовалась, что в комнате достаточно темно и он не увидит ее пылающих щек.

— Ты на моей стороне кровати, – прохрипела она.

— Завидная наблюдательность, – пробормотал он.

Она шлепнула его по руке, по-прежнему лежавшей на ее талии.

— Что, черт возьми, произошло?

— Ты потеряла много крови. Температура твоего тела упала до опасных для смертной значений.

— И одеял было недостаточно? – спросила она, оглядев себя. Ее платье снова исчезло, сменившись его рубашкой, а кожу кто-то очистил от крови.

— Так было проще убедиться, что ты нормально согреешься, – объяснил Роуин.

Губы Женевьевы медленно растянулись в улыбке, провоцируя его недовольный взгляд, но она ни на секунду не поверила его оправданию.

— Ну, спасибо за такую заботу, – сказала она.

— После того, что ты сделала для Умбры, ты ее заслужила, – тихо ответил он.

Благоговение в его взгляде было столь открытым и искренним, что у нее перехватило дыхание.

Она протянула руку и легонько коснулась кончиками пальцев его щеки.

— Спасибо, что спас меня от верной смерти. Снова. Или хотя бы уговорил это сделать свою сестру.

— Тебе не нужно благодарить меня, – сказал Роуин. – Мы с тобой партнеры. Мы спасаем друг друга.

Ее сердце замерло.

Мы спасаем друг друга.

Прошло меньше четырех дней, а он уже стал первым человеком – кроме ее сестры, – кто приходил к ней на помощь, когда она нуждалась. Каждый раз. И первым человеком – кроме сестры, – которого ей хотелось спасать.

Она приехала в Энчантру, чтобы найти кого-то похожего на себя, того, кто понимает, каково это – быть изгоем в собственной семье. Но обрела их всех – веселых, шумных, жестоких, но яростно преданных друг другу и способных на великие дела, если бы их не сталкивали.

— Но я все равно хочу сказать спасибо, – продолжил он, и его голос, как всегда, разрезал ее мысли. Словно разум Женевьевы постоянно ждал его слов – хотела она того или нет. – За то, что спасла Умбру…

— Не нужно меня благодарить, – повторила она. – Ты ничего мне не должен, Роуин. Умбра – часть тебя, а ты…