Ямада будет спорить - Марина Комарова Страница 102

— Я знаю, что такие организации есть, – признаётся она. – Но боюсь, что это только ухудшит ситуацию. Он всё равно найдёт меня.

Понимаю, что она не готова сделать такой шаг, и это меня расстраивает. Но я знаю, что не могу оставить её одну с этой проблемой.

— Не опускай руки, – говорю, наклоняясь к ней ближе. – Мы придумаем что-то вместе. Ты не одна, обещаю.

Накано смотрит на меня с благодарностью, в её глазах проблески надежды. Я знаю, что это только начало. Мы должны быть осторожны и продумывать каждый шаг.

После обеда чувствую, как меня озаряет мысль. Почему бы не обратиться к Хаято? Он всегда был рядом, когда возникали трудности, и я знаю, что он способен на большее, чем кажется на первый взгляд.

Достаю телефон и быстро набираю его номер, не дожидаясь, пока сомнения снова охватят меня.

— Привет, Хаято! – говорю, стараясь делать это уверенно, хотя внутри всё ещё немного трясётся от волнения. – У меня к тебе есть дело.

— Привет! Что случилось? – В его голосе спокойствие и лёгкое удивление.

Я делюсь с ним историей Накано, её отношениями с абьюзивным мужчиной и тем, как он её преследует. Чувствую, как на душе становится легче, когда рассказываю об этом.

— Не знаю, как помочь ей, – признаюсь я, чувствуя, как на меня давит ответственность. – Она боится возвращаться домой, и ей нужна поддержка. Ты ведь знаешь, как справляться с подобными ситуациями?

Хаято некоторое время молчит, но потом отвечает:

— Конечно, я постараюсь помочь. Это непросто. Но мы можем разработать план. Я могу поговорить с некоторыми знакомыми, которые работают в… Ладно, тебе эта информация не нужна.

Я даже не возражаю, так как искренне рада, что он согласился помочь.

— Ты действительно согласен? Уверен?

— Да, я уверен. Главное, чтобы она знала, что не одна, и есть способы защитить себя.

«А ты благородный мужчина, Хаято Харуо», – думаю я.

— Спасибо большое! Ты не представляешь, как это важно для меня и для неё.

— Представляю, – хмыкает он. – Давай потом встретимся позже, чтобы обсудить детали.

Мы прощаемся, и я с облегчением кладу телефон на стол. Надежда укрепляется, и я знаю, что смогу помочь Накано. В общем, разберёмся.

Вечером мы с Накано отправляемся к её квартире, чтобы забрать необходимые вещи. Проезжаем по знакомым улицам, и я не могу не заметить, что она выглядит немного спокойнее, хотя на лице всё ещё читается тревога.

Когда мы наконец доходим до её квартиры, останавливаюсь у двери, разглядывая всё. Квартирка небольшая, но уютная, с приглушённым светом, который создаёт атмосферу тепла. Я всегда считала, что такие маленькие пространства обладают особым шармом. На стенах висят яркие картины, а на столах стоят аккуратно расставленные цветы. Кажется, она сумела создать здесь маленький оазис, в котором ей было комфортно.

— У тебя здесь очень мило, – замечаю, стараясь вызвать у неё хоть каплю радости.

Накано смеётся, но это скорее нервный смешок.

— Спасибо, я старалась, когда делала ремонт. Договорились с хозяйкой, она живёт в Канаде. Но сейчас это только стены, – отвечает она, посмотрев на свои вещи, разложенные по углам.

Я понимаю, что её мысли сейчас не о красоте квартиры, а о том, что она покидает это место. Однако, глядя на неё, вижу, что Накано явно живёт здесь куда счастливее, чем с неадекватным бывшим. Здесь нет криков и угроз, лишь спокойствие и свобода.