Леди озера - Майк Омер,К. Н. Кроуфорд Страница 103

Змееволосые Арнесты бросаются на нас, Талан закрывает меня собой. Одна из них впивается в принца острыми как бритва ногтями. В его руке появляется меч, и Талан отбивает атаку с плавной непринужденной грацией. Он замахивается и ловко перерезает Арнесте горло. Но на ее месте уже вырастает другая.

Талан переходит в боевой режим, мелькая размытым пятном с невероятной скоростью и неистовой силой. Вращаясь и поворачиваясь, он разит мечом атакующих. В его совершенной, как у всех фейри, пластике есть что-то одновременно зловещее и грациозное.

Позади Арнест извиваются призрачные тени. Их очертания постоянно меняются: то змеи, то чудовища, то громадные хищные птицы.

— Можете дать мне меч? – кричу я Талану.

Я могу помочь, но не могу материализовать собственное оружие.

Принц поворачивается с мрачной улыбкой на губах:

— Моя опасная женушка…

И бросает мне свой меч. Я ловлю его за рукоять и разворачиваюсь, чтобы отразить подбегающую Арнесту. Вонзаю клинок ей в сердце и выдергиваю – с него капает темная кровь. Оборачиваюсь и вижу Талана, который сражается еще с двумя Арнестами. За их спинами маячат тени.

Зал преображается, стены, освещенные факелами, становятся черными как чернила.

Я лихорадочно озираюсь и замечаю другую деревянную дверь. Бегу к ней, дергаю за ручку – она оказывается незапертой.

— Талан, сюда! – зову я.

Он замахивается на одну из теней, рассекает ее пополам, мчится ко мне и захлопывает за нами дверь, оставляя Кахедина и чудовищ с другой стороны.

Мы оказываемся в длинном коридоре. Из-за деревянной двери доносятся вопли Арнест о том, как им нужен Кахедин, и стоны теней.

Принц хватает меня за руку и тащит по освещенному факелами коридору.

— Мне действительно понравилась часть его сна с оргией, хотя это было мрачновато…

Он оборачивается, я тоже: тени преследуют нас. Но, похоже, Талану плевать. Похоже, ему скучно.

— Я думал, они уже поняли…

Его меч превращается в единое стальное пятно. Он разит их, пронзая насквозь.

— Вперед! – кричит он. – Я задержу их. Если успеешь, добежишь до выхода.

— Хотите, чтобы я бросила вас здесь? А если вы попадете в западню?

Мрачный смешок.

— Со мной все будет в порядке. Это мои владения, Ния. А вот насчет тебя не уверен… – Принц отрубает призрачному существу голову, и у монстра вырастают еще две. – Давай, Ния! – командует он.

— Нет. – Я не трогаюсь с места. – Я останусь с вами.

Он сверлит меня своими глазами с медными радужками.

— Ладно. Но ты сейчас ужаснешься, потому что я превращусь в кошмар… – Его голос становится глубже, мрачнее, будто доносится из каких-то древних лесов. Это голос свидетеля смены веков; голос того, кто наблюдал, как времена года и сами годы облетают ему под ноги, словно лепестки боярышника. – Единственный способ выбраться отсюда – стать страшнее, чем сны Кахедина.

— Хорошо, – шепчу я.

Тени дико извиваются вокруг Талана, как разыгравшаяся буря.

Когда он смотрит на меня, его глаза становятся цвета сверкающей меди, и меня охватывает первобытный страх. Смотреть на Талана сейчас – все равно что смотреть на смерть. В мозгу всплывает образ изуродованного тела Вивиан: оно рассыпается в прах, и на его месте вырастают первоцветы с уже увядшими лепестками. В груди поднимается ужас.

Образ Вивиан исчезает. Я снова смотрю на Талана и вся дрожу. И делаю шаг назад. И еще один.