Эльфийский сыр - Екатерина Насута Страница 106

И забравшись на козлы подумал, что теперь идея поиграть в кучера не кажется такой уж забавной… заняться-то чем?

Пару минут Александр посидел на козлах.

Перебрался в карету, где сидеть было мягче. Достал телефон… матушке позвонил, чем только настроение себе испортил, ибо ее императорское величество в выражениях не стеснялись и высказали все, что думали о его, Александра, безответственности.

И о том, что он о семье не думает.

И вовсе ни о чем не думает.

И должен немедля вернуться или хотя бы сказать, где находится. А еще отменить глупый указ, из-за которого страдают хорошие люди, выбрать жену, осчастливить империю наследниками, и все это желательно до полуночи.

Включая наследников, желательно троих.

— Матушку я люблю, – сказал Александр коню, который к разговору определенно прислушивался. – Но порой она перебарщивает… я ведь взрослый уже.

Туман кивнул.

— И вообще император.

Конь еще раз кивнул.

— Самодержец и все такое… слушай, чем заняться-то?

Туман потянулся к траве, показывая, что у него занятия имеется… Александр вздохнул и осмотрелся. Слева было темно. Справа тоже. Впереди сиял огнями пафосный дворец, стыдливо прикрытый аллеями кленов. В ветвях их мелкими созвездиями запутались китайские фонарики.

Со стороны дома доносилась музыка…

Прогуляться, что ли?

— Блин… получается, что я типа Золушок? На бал через окошко смотреть, – сказал Александр, пытаясь отговорить себя же от глупости. И если бы не скука, даже получилось бы.

Конь тихонько заржал.

— И тебя бросать нельзя…

Туман фыркнул… и распался туманом.

— Эй! – Александр крутанулся. – Вернись на место!

Конь вернулся.

Причем в сбрую, которая рухнула на землю, а теперь вот поднялась. И главное, вид сделал, что ничего-то этакого не произошло.

— А изначально ты так мог?

Мог.

Скалится… издевался просто над ними, убогими.

— Ясно… тебя оставить можно…

Туман закивал и заржал – и топнул ногой, да так, что земля загудела.

— Погулять погуляешь… понял. Карету… надеюсь, не уволокут. Хотя… да, точно… – Александр отступил и коню махнул. – Я ее под щит уберу.

Туман снова стал туманом… вот интересная способность. И куда пойдет? Хотя…

— Главное, никого не затопчи! И не утопи! И не сожри, даже если хочется… вообще людей жрать нельзя! Это негуманно, да и люди сейчас пошли малосъедобные… холестерин, сахар в крови и магмодифицированные продукты. Так что веди себя прилично! – крикнул в темноту Александр. Потом поставил щит, закрепил его на всякий случай – не хватало, чтоб карету утащили, – и, сунув руки в карманы, отправился к дому.

Золушок он или нет, но что-то подсказывало, что там всяко интересней будет.

— Папа. – Офелия надула губки. – Папа, он на меня даже не смотрит… а когда смотрит, то нехорошо!

Свириденко поморщился. Дочь он любил, но порой она совершенно теряла чувство уместности. И теперь вот мало того что в разговор влезла, так еще и с претензиями.

— Не переживай, все будет хорошо.

Офелия надула губки.

И иным, деловитым тоном произнесла:

— Воду он пить отказался, даже ту, что в бутылках. Шампанское и вино тоже. Он тебе не доверяет.

— Странно было бы, если бы он мне доверял. – Свириденко кивнул и протянул руку, здороваясь с главой районной администрации. – Деточка, он наследник древнего рода. А они не страдают излишней доверчивостью…