Стражи восемнадцати районов - Антонина Крейн Страница 106

— А предупреждение про простреленное колено, случайно, не из твоего личного опыта?.. – задумчиво протянул я.

Феликс только болезненно поморщился и поманил меня за собой по коридору. Мы прошли сквозь мужскую раздевалку (на вешалке висела оставленная кем-то несколько десятилетий назад куртка), душевую и, наконец, оказались перед самим бассейном.

Его чаша – честные двадцать пять метров, половина олимпийской нормы, – была пуста. Здесь до сих пор витал запах хлорки. Часть плоских ламп на потолке была разбита.

А прямо в центре бассейна лежал труп.

Молодой, коротко стриженный парень в распахнутой куртке. На лбу и в районе ширинки – по дырке от пуль. Конечно же, целая лужа крови.

Тогда как Феликс спрыгнул внутрь и направился к телу, я, наоборот, отвернулся. Мне наконец-то стал понятен сакральный смысл бумажного пакетика. Ведь я впервые в жизни видел убитого человека, и теперь интенсивно вдыхал-выдыхал, молясь, чтобы меня не стошнило.

Когда я нашел в себе силы тоже спуститься на дно бассейна, Феликс уже сидел на корточках возле трупа и сосредоточенно рассматривал его запястье. Там была набита разноцветная татуировка в виде тигриной головы.

— Что тут произошло? – сглотнул я.

— Криминальные разборки… – задумчиво пробормотал Феликс. – Татуировка этого парня – знак его принадлежности к банде «Тигриная Голова». А два выстрела – первый в лоб, второй в паховую область – это почерк банды «Муладхара».

— «Мула» что? – моргнул я.

— «Муладхара» – это корневая чакра. Отвечает в том числе за ощущение базовой безопасности. Символичное название для банды, не так ли? Собственно, двумя выстрелами члены «Муладхары» казнят своих врагов и предателей. Убив таким образом парня из «Тигриной Головы», они сделали громкое заявление… Это плохо. Стоит поторопиться.

Феликс поднялся на ноги и пошел обратно к выходу из бассейна. Тело парня осталось лежать на холодном кафеле, под разбитыми лампами советских времен.

— Но почему разборками банд занимаются колдуны, а не полиция Петербурга? – не понял я.

— Потому что обе банды – с Изнанки. – Рыбкин, придерживая стеклянные межкоридорные двери, пожал плечами. – Так что это нам предстоит понять, кто убил, за что убил, и предотвратить войну банд.

Ничего себе список дел на день.

Мы вышли на улицу. Я уже приготовился мчаться со всех ног и противостоять преступникам, как вдруг Феликс, нахмурившись, задумчиво проговорил:

— Знаешь, а давай с этим делом я разберусь сам. Оно не относится к нашей зоне ответственности и не связано ни с проклятыми, ни с магией, ни с какими-то условно «обычными» вещами, с которыми тебе предстоит сталкиваться в дальнейшем, – а значит, расследование не принесет пользы. Поэтому возвращайся-ка домой и выдвори оттуда Клугге, ха. Спорим, он все еще сидит на нашей кухне?.. Или пообщайся с Ниной. Она очень интересная, между прочим. А я позвоню, как закончу.

Я даже как-то растерялся. Рыбкин меня прогоняет? Серьезно?

— Да, конечно. Хорошо, – протянул я, потому что он уже пару раз нетерпеливо взглянул на часы.

— Ну, я тогда побежал. – И он быстро пошел между домов.

Я остался у здания бассейна в несколько растрепанных чувствах.

Почему «хорошо»? Почему ты сказал «хорошо», Женя?! Ведь ты все последнее время только и думаешь о том, как развить способности и встать в один ряд с Феликсом! О том, что ни в коем случае не должна повториться ситуация в Зале Мириадов Эха – когда ты был настолько бесполезен, что другие защищали тебя, вместо того чтобы сосредоточиться на поимке преступников!