Ангел со сковородкой - Галина Гончарова Страница 109

— Копия, – задумчиво протянула Ангелина. – Нам срочно, как можно быстрее надо проверить родство малышей по крови.

— Вы подозреваете, что детей подменили?

— Нет. Что у них один отец.

Энтони потер лоб.

— Не понимаю.

— Не надо, – отмахнулась Ангелина. – Мне нужен просто тест на родство, его можно сделать?

— Нужна кровь детей, драконы с этим легко справляются.

— Кровь? Нацедить в пробирку?

— Нет. По паре капель на платок. Этого достаточно. Как раз завтра и поговорим с драконом, я сегодня успел к нему забежать, в посольство. У нас тут в столице, проездом, драк Истанар. Эддар Истанар!

— Мне это о чем-то должно говорить? – не поняла Ангелина.

— Сейчас он номинальный глава Алых драконов, у них недавно были свои проблемы, но вот… с другим драконом, может, и не удалось бы договориться. Но драк Истанар безумно любопытен.

— И чем вы его заинтриговали?

— Вами, – честно сознался Энтони. – Пообещал, что вы ему покажете сковородку, драконы без ума от металлов и сплавов.

Ангелина рассмеялась.

— Так и написали?

— Почти… про новый образец.

— Покажу, конечно. Можем начать со сковородки, а потом предъявим дракону образцы крови, послушаем, что он скажет, и будем решать, что и как делать дальше.

— Но предположения у вас есть?

— Да. И паршивые. Энтони, давайте завтра навестим драконов, а потом уже подумаем дальше. Потому что я… черт побери! Мне не нравится то, о чем я думаю!

— Поделитесь?

— Завтра.

Энтони развел руками – и покорился.

* * *

Моника гладила мальчишку по голове.

Эктор рыдал так, что сердце разрывалось от боли. И она тоже плакала рядом с ним. Она понимала, случись что – поступила бы так же. Бежала бы, защищалась, без сомнений отдала и кровь до капельки, и жизнь, и любые мучения приняла бы, до последней минуты защищая Ханну.

Она знала, она бы не пожалела о своем решении, и та, неизвестная ей Анна, тоже не жалела. Но как объяснить это мальчику? Какие слова найти?

Для любящей матери ее ребенок превыше всего на свете, Анна знала, что сын спасется, и больше ее ничего не волновало. Это было самым главным.

И Моника обнимала мальчика, и гладила, и давала слово не бросать его. Ну Альваро же поймет, правда? Должен понять! Он умный, он настоящий, он самый-самый лучший… неужели он не оценит поступок Анны и заставит отдать ребенка в приют?

Прошло немало времени, пока Эктор перестал рыдать, пока пошли холодные сухие всхлипывания, Моника завернула его в одеяло и перетянула к себе на колени.

Она молчала.

А что скажешь в такой ситуации?

Просто греть мальчишку. Обнимать, и греть, и побыть рядом с ним… хорошо хоть можно не волноваться за Хани. Рядом с ней Ангелина.

Наконец мальчишка уснул, и Моника осторожно переложила его на кровать. Сама прилегла рядом.

Вот не сойти ей с этого места, у мальчишки будут кошмары. Придется поспать с ним какое-то время, но Хани… оставлять дочку одну тоже не вариант. Ничего, Геля зайдет, и Моника с ней обязательно поговорит. Пусть она пока поспит с Ханной, она же сможет?

И согласится.

Моника уже уверенно зачислила Ангелину в сестры, и верила – Геля не откажет. Она тоже понимает все правильно. Хорошая у нее семья, вот!

* * *

В стену полетела здоровущая ваза. Ударилась, рассыпалась на осколки. Хорошо еще, стояла она в качестве декора, так что обои не пострадали. Только Райан пожалел, но хозяину не было дела до его тонких чувств и хорошего вкуса. В мужчине клокотало бешенство.