Алый трон - Эми Лиоу Страница 110

— Это хорошо, не правда ли? На поле битвы легко получить шрамы. – Он вздыхает и проводит рукой по волосам. – Вероятно, тебе здесь неплохо живется.

Запомнил ли Асахар, как я оскорбляла его, когда он был сосудом Нарду?

— Почему ты об этом спрашиваешь?

— Нет-нет, ничего особенного. Просто хотел понять, знакомо ли тебе страдание. – Его улыбка может показаться кому-то красивой, но у меня от нее мурашки по коже. – И мои поздравления тебе, Шира-Ракхти Медха. С нетерпением жду возможности трудиться с тобой рука об руку много-много лет.

— Спасибо, – бормочет Медха, зарываясь лицом в мою юбку.

Раньше я выбранила бы ее за стеснительность, но, учитывая то, через что прошла девочка, я ничего не говорю.

— До скорого свидания. – Асахар машет рукой, продолжая улыбаться. Затем наклоняется ко мне, чтобы наши лица оказались на одном уровне. – В полночь увидимся в этом молитвенном зале, – шепчет он. – Наедине.

И неторопливо выходит из Баламата.

Я знаю, что это ловушка. Знаю, что без помощи Илама не выстою против Асахара. В огнеметном орудии нет дыма; я проверила его, вернувшись в свою комнату. Мне не к кому обратиться за помощью.

Ориентироваться в темноте без Иламовой магии непросто. Я спотыкаюсь о невидимые неровности на тропинке, напрягая глаза, чтобы разглядеть очертания во тьме. И все же добираюсь до Паруватара с его двухъярусными крышами в виде расположенных друг над другом идеальных наклонных квадратов, мощных и бескомпромиссных, как богиня, которую они призваны олицетворять.

Наполнив легкие прохладным ночным воздухом, я вхожу.

Асахар уже ждет внутри, водя руками по Алому трону – моему трону.

В крови бушует гнев, но я спрашиваю ровным голосом:

— Что ты делаешь?

— Любуюсь. Скульптура Анаса превосходна.

Некоторое время он изучает ее, вероятно очарованный чешуей, клыками и желтыми камнями, вставленными в глаза змеиного божества.

— Кто это сделал? Большое везение, когда на тебя работают лучшие аритсийские мастера. На твоем месте я бы желал оставаться Ракхти вечно.

— Твои мастера так плохи, Ракхта Асахар? – спрашиваю я грубо, не желая поддаваться на лесть. – Я с удовольствием пришлю тебе своих.

— Я не стану тебя утруждать, Ракхти Бинса, – говорит он весело. – Особенно сейчас, когда ты пытаешься сохранить свое положение.

— О чем ты?

Он отрывает грязные пальцы от Алого трона, оборачивается ко мне, и на его губах появляется коварная усмешка.

— Ты и вправду пришла одна? Не думал, что ты настолько мне доверяешь.

Мои ногти царапают внутреннюю сторону ладоней. Держи себя в руках, говорю я себе. Твои мозги при тебе.

— Я доверяю тебе как сосуду Нарду. – Со снисходительным видом я склоняю голову. – Даже если ты тратишь деньги подданных в игорных притонах.

Его взгляд твердеет. Асахар достает свой кукри; у меня внутри все сжимается, и я уверена, что мое лицо побелело. Я заставляю себя выпрямиться, притворяясь, что полностью владею ситуацией.

— Чем ты так взволнован, о бог войны? – усмехаюсь я. – «Праведный не отступает перед клеветой». Только не говори, что забыл слова Священной книги.

Он спускается с возвышения, небрежно держа кинжал у бедра.

— Почему ты так торопишься с выводами, о Великая богиня мудрости? – спрашивает он насмешливо. – Я просто наслаждаюсь тяжестью оружия в руке. Так мне спокойнее.