Воин Арете - Джин Родман Вулф Страница 114

Ксантипп улыбнулся и промолвил:

— Видишь ли, Латро, я глубоко убежден: нужно помогать тем, кто помог тебе, а Гиперид немало мне порассказал о тебе и о той стычке во дворце, хотя, возможно, здесь и не к месту об этом упоминать. Я посвятил в твои дела Кимона – у него есть весьма полезные связи в Афинах. А Гиперид рассказал Фемистоклу. Ты не думай, что Павсаний – обыкновенный спартанец. Он представитель старинного лакедемонского аристократического рода, вернее, того, что от него осталось, и человек он разумный и великодушный.

Заметив, что Ксантипп сказал все, что хотел, Гиперид снова заговорил:

— Итак, что мы имеем? Я освобожу чернокожего за выкуп в две мины – и он сможет уплатить мне эти деньги, когда они у него появятся. Это справедливо?

Чернокожий поколебался было, но все же кивнул.

— А к тебе, Латро, у меня больше претензий нет. Как и у Каллеос – я говорил с ней сегодня на сей счет и даже кое-что ей заплатил. Фемистокл отправляется в Спарту, где ему хотят воздать всяческие почести за военные победы. Ты поедешь с ним. Ио тоже. В Спарте Павсаний освободит тебя и объявит периэком – то есть не полноправным спартиатом, как ты понимаешь, а иностранцем, живущим на территории Спарты, и свободным человеком. Ты станешь его подданным, конечно; он ведь регент. Но ничьим рабом ты больше не будешь.

Я спросил, дозволено ли мне будет покинуть Спарту и отправиться на поиски своей родины.

— Разумеется! – воскликнул Кимон. – В любое время. Лишь равные, то есть спартиаты, не могут покидать страну без разрешения Судей. Будучи периэком, ты сможешь не только путешествовать, но и заниматься торговлей; а если кто-нибудь где-нибудь вздумает тебя обидеть, ты имеешь полное право потребовать у Спарты защиты.

Полемарх, который наблюдал за мною, спросил, прищурившись:

— Ну что? Поедешь со мной в Спарту?

— А ты бы поехал на моем месте? – пожал я плечами.

Он на минуту задумался, потирая массивный подбородок, потом кивнул.

— А ты, Эгесистрат, что мне посоветуешь?

— Посоветую ехать, хоть и с неохотой. Я понимаю, ты этого не помнишь, но ты как-то зачитывал мне довольно длинный отрывок из твоего дневника. И там описывалось, как регент сказал тебе, что ты больше не будешь его рабом, а станешь его другом.

Словно тяжкое бремя свалилось с моих плеч.

— И его заверения звучали искренне – по крайней мере, тебе так показалось, – продолжал Эгесистрат, – так что с моей стороны справедливо напомнить тебе об этом. И тем не менее я бы тебе ехать туда не советовал.

И тут мне захотелось спросить еще Ио, но мне, взрослому мужчине, советоваться с ребенком показалось стыдно. Вместо Ио я решил спросить чернокожего, и тот заговорил с Эгесистратом.

— Семь Львов желает знать, свободен ли он теперь, – перевел Эгесистрат.

Гиперид кивнул и сказал:

— Тебе еще нужно подписать один документ, но это простая формальность.

Чернокожий снова заговорил, и Эгесистрат перевел:

— В таком случае он советует Латро поехать, но с тем условием, что Фемистокл позволит и ему поехать с ними вместе. Позволишь, Фемистокл?

Полемарх снова кивнул:

— Конечно, пусть едет. Ну что, Латро, решил?

— Да, – сказал я. – Даю тебе честное слово.

Почему-то особое облегчение испытал после моих слов Кимон. Он улыбнулся и протянул мне руку.

— Итак, осталось разобраться только с Элатой и со мной, – сказал Эгесистрат. – Ну с нами-то хлопот не будет.