Полуночные ведьмы - Элизабет Бекер Страница 118

— Пожалуйста, не казни себя. – Камилла словно прочитала ее мысли. – Только об этом я и прошу. А иначе мой дух вернется и будет преследовать тебя!

Луиза попыталась улыбнуться, но ничего не вышло.

— Никаких шуток, малышка. – Выражение лица Камиллы стало серьезным. – Я бы сделала этот выбор с тобой или без тебя, причем очень скоро. Но сейчас я хотя бы спасу мальчика. Я тебе уже говорила: мне не нужно время. Оно не имеет значение, если я перестану быть собой.

Она откинулась на спинку качелей, и на некоторое время все снова замолчали. Сердце Луизы разрывалось от горя, хотя в мыслях она твердила себе, что бабушка – медсестра хосписа и, вероятно, давно решила, как хотела бы уйти из жизни.

— Забыла попросить об одной вещи, – наконец сказала Камилла. – Я собиралась продать его. Сад.

Луиза уже не удивлялась, что Джим узнал о продаже раньше них с мамой. Он ведь был лучшим другом Камиллы.

— Не нужно притворяться, что есть другой вариант. Моему брату сад и дом точно не нужны. Даже Джим не возражает, да и он в любом случае слишком стар, чтобы заниматься делами в одиночку. Но все в порядке. Я смирилась. Только пообещайте, что продадите участок тем, кто сохранит сад! Мне невыносима мысль о том, что деревья вырубят и построят квартал одинаковых современных домов.

На холмах, темно-зеленых в сумерках, теснились пышные деревья, чьи ветки гнулись под тяжестью фруктов.

— Глупо, конечно. Маме стоило продать его после смерти папы. Она ведь не хотела заниматься садом, да и я тоже. Но это был их дом, папин и мамин. А потом мой, конечно.

— Я не буду ничего продавать, – тихо сказала Бобби.

Луиза удивленно посмотрела на мать. Прежде та совершенно не интересовалась садом.

— Я привезла сюда Луизу из роддома. Это и мой дом.

— Все еще? – спросила Камилла.

Луна сияла над горами, где-то вдали кричал козодой.

— Всегда, – ответила Бобби.

— Спасибо. – Камилла перегнулась через внучку и пожала руку дочери.

— Кроме того, – хрипло сказала Бобби и прокашлялась, – если Луиза пойдет учиться в школу медсестер Университета Вирджинии, будет чудесно жить неподалеку. И кто-то должен позаботиться о Джиме. Ему будет одиноко без тебя, мама.

— Справится, – вздохнула та.

— Конечно, – отозвалась Бобби, – я за этим прослежу.

* * *

— Уже поздно, – произнесла Камилла. Ее грудь медленно опускалась и поднималась.

Дыхание у Луизы стало поверхностным, учащенным. Ей хотелось бежать, лететь прочь с крыльца, нестись босиком к ручью, как в детстве. Высматривать головастиков и пескариков, копать червяков. Хорошо бы ей снова было четыре, когда время растягивалось до бесконечности и жизнь была простой и понятной.

— Не бойся. – Бабушка положила Луизе руку на плечо.

Но та еще ни разу в жизни не была так напугана. Она не знала, сможет ли когда-нибудь тоже отдать свою жизнь ради кого-то, как сейчас делала бабушка. Пусть Камилла и говорит, что таково ее желание, ее подарок выходит за границы любого самопожертвования.

— А тебе не страшно?

— Страшно потерять вас обеих, – Камилла легонько сжала плечо внучки, – но смерти я не боюсь.

— Тебе будет больно? – с трудом выдавила Луиза.

— Нет, милая, – покачала головой Камилла.

Луиза посмотрела на Бобби. Та кивнула с полными слез глазами.

— Давай же, девочка, – поторопила Камилла. – Чем больше мы ждем, тем труднее становится.