Добродетель злодейки. Том 2 - Bae Hee Jin Страница 12

Что мне ответить? Его признание было красивым и трогательным, пронзало до глубины души, но я не могла его принять. Я уже любила Изану. Однако ответить жестким отказом этому мужчине с печальной улыбкой тоже не могла. Слишком уж у меня мягкое сердце.

— Е-если плакать и смеяться одновременно, то на заднице рог вырастет. – Я ляпнула первое, что пришло в голову. Какую-то полную чушь.

В такой романтичный момент – и про рог на заднице! О, Джинджер Торте… Надо было сказать что-то более подобающее леди.

Но Хамель лишь склонил голову набок и невозмутимо спросил:

— Хотите проверить?

— С-сумасшедший! Вы что, издеваетесь надо мной?

— Да. Издеваюсь.

Как раз в разгар странной перепалки карета остановилась. Мы приехали. Нужно было выходить, но я медлила. Несмотря на шутливый тон последних фраз, эхо его признания все еще висело в воздухе. Сердце колотилось как бешеное, отказываясь успокаиваться. Я сделала глубокий вдох. Бесполезно.

— Леди Джинджер. Мы прибыли.

Хамель нехотя выпустил мою руку. Он не ждал ответа прямо сейчас и открыл дверь кареты. Снаружи была густая зелень. Тот самый сад, где я обычно встречалась с Изаной.

Я взялась за кончики пальцев Хамеля и осторожно шагнула из кареты. То ли из-за признания, то ли почему-то еще, но я чувствовала неловкость. Я взглянула на него – Хамель продолжал улыбаться. Той же грустной улыбкой.

Может, он печален по той причине, что я люблю Изану?

Улыбка буквально кричала: «Я уже знаю ваш ответ».

Мне и раньше признавались мужчины, поэтому отказывать было не впервой. Но почему слова Хамеля вызывали такую жалость и щемящее чувство, я не понимала.

Лучше бы он полюбил другую. Не меня и не Лераджию. Он избежал судьбы книжного персонажа по имени Хамель Брей, но в итоге влюбился в женщину, которая предпочла не его. Его судьба столь жестока.

Словно существует некий Бог, решивший, что Хамель должен страдать от неразделенного чувства.

— Было хорошо, пока я признавался, но теперь, когда нужно услышать ответ, на душе становится грустно.

— Я, конечно, сгоряча ляпнула про рога… но я почувствовала вашу искренность.

— Рад, если так. Если честно, мне было страшно. – Хамель нервно прикусил нижнюю губу.

— Страшно?

— Да. Ведь мы с вами прежде говорили о моих планах соблазнить леди Лераджию… и вдруг я признался вам. Я боялся, что вы, леди Джинджер, не воспримете мои чувства всерьез… Не то чтобы я думал, что вы легкомысленно относитесь к чужим признаниям… Я… то есть…

Вероятно, не найдя подходящих слов, он замолчал и опустил взгляд. Я положила руку на плечо поникшего Хамеля. Оно ощущалось крепким. Какой контраст: твердые мускулы – и слезы, которые могли показаться проявлением слабости.

— Можете не продолжать, я понимаю. Короче, вы не знаете, как так вышло, но вы меня полюбили, верно?

Хамель поднял на меня взгляд и энергично закивал. Он широко открыл глаза, поражаясь моей догадливости. Он выглядел настолько забавным и милым, что я невольно взъерошила его волосы. Пряди, проскальзывающие между пальцами, оказались на удивление мягкими. Ни за что бы не подумала, что они такие.

— Я не сомневаюсь в вашей искренности. По крайней мере, слезы были настоящими. Но я люблю Его Величество. Вот мой ответ. Простите, если прозвучало жестко и прямо. Но я должна быть честной… – Я старалась говорить спокойно, но голос дрожал.