Верхний мир. Книга 1. Дети Кроноса - Вика Маликова Страница 124

Алесь потащил всех в отдаленный угол, но Женя и Энгель сопротивлялись.

— Семен, отдай мне Половинкина. Он еще ребенок! Куда его к Дикому человеку? – волновался Энгель, со страхом наблюдая, как Михей и Данила кружили вокруг иноморфа, ища возможность посильнее ранить.

— Он не ребенок, а студент первого курса! – запротестовал Семен Иванович, зачерпнул горсть порошка и встал напротив окна. – Слава, при всем уважении. Ты человек ученый, и в сражении от тебя нет никакой пользы. Ты в этом плохо разбираешься. Сообщение мне прислал – молодец. Извини, что не сразу ответил. Я все-таки был занят на площади.

— Семен Иванович, дайте мне оружие. Я хочу быть полезным! – кричал Женя, отмахиваясь от Алеся.

— Слава, угомони Бражника, а то я за себя не ручаюсь. Половинкин лучше справится. Я так сказал. Мансулов, черт возьми, хватит красоваться! Сосредоточься! – рявкнул Семен Иванович, когда Дикий человек своей здоровенной ручищей впечатал Данилу в стену. Но тот особо не расстроился, быстро оправился и ударил иноморфа посохом в живот. Показал пальцами какие-то знаки Михею, и ему все-таки удалось полоснуть Дикого человека мечом по спине.

Женя наблюдал со стороны за происходящим. Возле него тихонько скулила Виджая. Она была похожа на испуганного щенка. Женя аккуратно прижал ее к себе:

— Тебе больно?

— Когда тот… ну, тащил меня, то куртка, как это сказать, поднялась, и я стеклом порезала спину, – ответила Виджая. – Но все в порядке. Не так больно сильно.

Женя с безнадежностью наблюдал за происходящим вокруг. Опивень бросил попытки выбраться из сети и только ругался самыми гадкими и мерзкими словами, от которых даже у Жени горели уши. Данила и Михей порхали вокруг Дикого человека. Именно порхали. Их движения были изящными и легкими в сравнении с тяжеловесным иноморфом. Женя вновь и вновь восхищался своим другом и его врожденными ловкостью и расторопностью. Хоть пол уже и алел от крови, Дикий человек совершенно не устал. А вот Михей, целый день сражавшийся с чудовищами, постепенно угасал. И Женя боялся, что он потеряет бдительность и окажется под мохнатой здоровенной стопой.

Стриги уже приблизились к окну, и через дыру в стекле в зал влетали кровожадные визги и шипенье. И единственное, что останавливало их, чтобы не разорвать Семена Ивановича на клочья, это рассыпанный им повсюду порошок полыни. Уродицы обнажали свои мелкие острые зубки и таращили блестящие и черные, как маслины, глаза.

— Так, девочки, просто проваливайте! Мы тоже тихонько уйдем отсюда, и никто не пострадает. Подхватывайте свои плоские попки и шагайте, – говорил Семен Иванович смешливым и озорным голосом. – У меня много всяких порошочков для вас. Сейчас как сыпану по мордасам лютиком и волчьей ягодой! На три дня понос откроется.

Стриги еще немного потоптались и вдруг разделились. Одна группа так и осталась возле окна, а вторая двинулась в сторону. И вот тут Семен Иванович по-настоящему заволновался:

— Ах вы гниды! Они решили зайти с главного входа. А у меня полыни больше нет. Какая досада!

Женя чувствовал, что близок к обмороку. Сейчас сюда войдут стриги и устроят самую настоящую западню. Мучительно кричал Михей, уже в какой раз поднимаясь со скользкого пола. Виджая не выдержала напряжения и разрыдалась в голос. Энгель все тыкал в телефон, пытаясь кому-то дозвониться. А Алесь бессвязно бормотал: «Они обещали прийти. Обещали. Почему не явились? Как они могли?»