Избранница Смерти - Ребекка Хумперт Страница 137

С трудом поборов оцепенение, я внимательно осмотрела коридоры. На стенах правого коридора была видна только чернота, через несколько шагов поглощающая изображения мужчины.

А стены левого прохода были окрашены в ярко-синюю краску, которая покрывала силуэт мужчины. Защищала его.

Правый проход мог символизировать страх Нана перед темнотой. Страх, который у него действительно был. Но он ведь не поглотил его. Я посмотрела на Ли, чей голубоватый светящийся мех освещал развилку. И, помедлив, пометила левый проход. Мне нестерпимо захотелось поговорить с богом Луны. Но он мог понимать меня, а я его нет. И при этом я знала, что мне он окажется нужнее именно в облике хищной кошки, если мы столкнемся с Ягуаром.

Едва мы свернули в проход, грудь у меня будто взорвалась болью, и я упала на колени. Словно сквозь туман я заметила, как Ли потерся головой мне о плечо. А потом почувствовала, как меня нетерпеливо дернули за рукав. Он не хотел, чтобы я сдавалась.

Я так сильно прикусила нижнюю губу, что во рту появился металлический привкус, и поползла дальше на четвереньках.

В какой-то момент – я уже не знала, часы прошли или минуты, – мы добрались до очередной развилки. Тяжело дыша, я привстала на колени и осмотрела стены, освещенные сиянием Ли.

В отличие от предыдущих коридоров, на этих стенах была изображена история, которую на самом деле знали все. В одном из них бог Нанауатль принес себя в жертву, чтобы подарить людям пятое и, следовательно, последнее солнце. В противоположном направлении он не стал брать на себя эту ответственность и жертвовать собой. До сих пор я не понимала, как он мог пережить это жертвоприношение, но в данный момент это не имело значения. Недолго думая я поднялась и свернула в коридор, рассказывающий о его жертве. Перед этим отметив его, как и все предыдущие. Через некоторое время я снова упала на колени и продолжала ползти, опустив голову, потому что ноги больше не хотели меня слушаться. Но гораздо сильнее, чем ноги, у меня болело сердце, которое уже почти отказывалось мне служить. Оно бешено колотилось в груди, и в то же время я чувствовала, что оно больше не перекачивает кровь. Что внутри у меня все пусто и мертво.

Внезапно я ударилась головой обо что-то твердое.

Я поспешно подняла взгляд, считая, что мы снова достигли развилки, – и застыла на месте.

— Нет.

Моя мокрая от пота рука легла на стену передо мной и ощупала ее, затем стены слева и справа. Проклятье. Я завела нас в тупик.

— Л-ли, – с трудом выдавила я.

Он сразу же оказался рядом, а с ним и его свет. Благодаря ему мне теперь стало видно множество вырезанных изображений на стене перед нами. Я узнала в них те же символы, что и на моем обсидиановом клинке. Символы тех божеств, которые основали деревни на Исла-Мухерес. Я постучала по стене, по гравюрам, но ничего не произошло. А потом голова у меня отяжелела, и я завалилась вперед.

И тут же почувствовала под собой мягкую шерсть. Ли поймал меня и поддержал. С его помощью я снова выпрямилась, прищурилась и оглядела стену. Только сейчас я заметила, что символы богов деревень были не единственными изображениями. Рядом с ними были и другие, и все это вместе составляло один большой, почти на всю стену, символ, с которым я уже достаточно часто здесь сталкивалась. Диск бога Смерти.