Хаски и его учитель Белый кот. Книга 1 - Жоубао Бучи Жоу Страница 138

Дождь лил не прекращаясь на протяжении четырех дней. Когда же тучи наконец разошлись, на дороге показалась вереница позвякивающих бубенцами лошадей и несколько повозок. Процессия ехала по лужам, копытами и колесами разбивая на кусочки отражавшиеся в воде облака, и наконец остановилась перед воротами духовной школы пика Сышэн.

Бамбуковая занавесь приподнялась, и из-за нее высунулся складной веер, украшенный красной кисточкой. Вслед за ним из повозки показалась пара отделанных серебром темно-синих сапог военного кроя. Наступив на оглоблю, сапоги с тяжелым стуком опустились на влажную землю.

Их хозяином был рослый, крепкий мужчина в самом расцвете сил, с большими глазами, густыми бровями и аккуратной бородой, облаченный в темно-синие одежды с серебряной каймой и легкие доспехи. На вид ему было около сорока лет. В своих огромных руках, по толщине напоминавших железные столбы, этот с виду грубый и неотесанный мужлан вертел изящный, искусно сработанный веер, который весьма чудно́ смотрелся в его мясистых ладонях.

Веер с хлопком раскрылся, и на обращенной наружу стороне стала видна надпись: «Господин Сюэ невероятно красив». На внутренней же стороне было написано: «Остальные люди ужасно уродливы».

Этот веер был достаточно знаменит в мире совершенствующихся не только благодаря исключительному боевому мастерству своего владельца, но и из-за надписей, от которых окружающие чувствовали себя неловко.

Лицевая сторона расхваливала хозяина, тогда как обратная высмеивала остальных.

Хватало одного взмаха этого веера, чтобы все люди вокруг, на сто ли в любую сторону, учуяли душок самовлюбленности, исходящий от его владельца. В мире совершенствующихся любой бы узнал этот веер.

Кто же был его владельцем? Не кто иной, как отсутствовавший больше двух месяцев глава духовной школы пика Сышэн, отец Сюэ Мэна и дядюшка Мо Жаня – уважаемый бессмертный Сюэ, Сюэ Чжэнъюн.

Недаром говорят, что яблоко от яблони недалеко падает. От драконов рождаются драконы, от фениксов – фениксы, а мышиные детки только и могут, что рыть норки. Так же и в обратную сторону. Если сын – павлин, то, значит, и его отец такой же любитель распускать хвост.

Красивый, хорошо сложенный Сюэ Мэн внешне ничуть не походил на своего бравого здоровенного папашу. Хотя по меньшей мере в одном они точно были схожи: оба считали, что «господин Сюэ невероятно красив, остальные люди ужасно уродливы».

Потянувшись, Сюэ Чжэнъюн принялся разминать затекшую шею и конечности и со смехом сказал:

— Охо-хо, я до смерти устал трястись в этой повозке. Наконец-то я дома.

Тем временем в павильоне Даньсинь госпожа Ван была занята тем, что смешивала лекарственные порошки. По левую руку от нее сидел Мо Жань, по правую – Сюэ Мэн.

— Четыре ляна кровеостанавливающей травы и один корешок женьшеня с горы Шоуяншань, пожалуйста, – мягко попросила госпожа Ван.

— Вот, я уже взвесил, матушка. – Сидящий рядом со скрещенными ногами Сюэ Мэн передал ей лекарственные травы.

Приняв их из его рук, госпожа Ван понюхала кровеостанавливающую траву и сказала:

— Не годится. Эта трава слишком долго лежала рядом с пачули и переняла запах. Лекарство из такой травы получится менее действенным. Пожалуйста, сходи и принеси посвежее.

— А, хорошо.

Сюэ Мэн встал и пошел в заднюю комнату, где принялся рыться в шкафу с лекарственными травами.