Алый трон - Эми Лиоу Страница 140

Я просматриваю записи Привинду: «Никому не ведомо, где и когда демоны впервые проникли в наш мир. Известно только, что это злобные твари, которые причиняют другим боль, дабы утолить свою первобытную жажду».

Может быть, видения приходят к тебе, когда ты сталкиваешься с чем-то новым, предполагает Илам.

У меня нет выбора, кроме как двигаться дальше, говорю я и перехожу к середине книги.

Зрение сужается и проясняется.

В отличие от предыдущих бело-желтых картин, этот мир живой и наполнен красками, он включает в себя множество сцен. В одном углу я вижу женщину, вызывающую пламя в ладони; в другом воин в доспехах скачет на поле боя, с легкостью убивая любого, кто встает у него на пути. Я вижу мужчину, двигающего горы; девушку в окружении людей, лица которых светятся от радости.

Но я вижу и трещины у них на коже, черную гниль, ползущую от кончиков пальцев. Женщина теряет контроль над пламенем и страшно кричит, когда оно ее поглощает. Воин неожиданно падает, и враг вонзает ему в горло кинжал. Человек больше не в силах удерживать горы, и они его расплющивают. А девушка – ее лицо искажается от боли. Она трет виски, кричит и падает навзничь. Люди покидают ее один за другим, пока она не остается в полном одиночестве.

У меня по спине бегут мурашки.

Представление заканчивается, и меня выбрасывает в мой мир. И снова Привинду: «Не бывает двух одинаковых демонов, но у всех них есть одна общая черта: территориальная природа, которая заставляет демонов всячески защищать свои сосуды».

Я бегло просматриваю главу. Чаще всего встречаются демоны, связанные с природой и физическими свойствами, способные подчинять своей воле стихии или наделять шамана крови силой тысячи людей. Как у женщины, мужчины и воина, которых я видела. Есть другие, особенные демоны, имеющие дело с абстрактными понятиями, – демоны любви, войны и невезенья.

К этой же категории относятся демоны разума.

Сущности, которые копаются в воспоминаниях и подслушивают самые сокровенные мысли. Сущности, которые вселяются в людей, обманом привязывают их к себе, извращая и искривляя разум, пока те не перестанут отличать правое от левого, север от юга и свою волю от демонской. Чем дольше демон разума остается в человеке, тем крепче их связь и тем меньше шаман крови ощущает себя собой.

Девушка, окруженная людьми, осталась одна, как только демон начал ее терзать.

Капля пота скатывается с моего носа и падает на угол страницы. Мурашки бегут по спине при одной мысли, что я стану такой, как они, – как Кавита. Я видела, как постепенно она теряла связь с реальностью, а разум ее дробился и раскалывался по мере того, как она осваивала магию крови.

Но ведь я применяю магию крови и не жалуюсь.

Не жалуюсь ведь?

Теперь ты меня боишься? – нежным шепотом спрашивает Илам.

Конечно боюсь, отвечаю я. Это едва ли не первое, чему ты меня обучил.

Демон усмехается, но в смехе нет злобы. Его дружелюбие меня не смущает. Спокойное приятие наполняет сердце, рассеивая мои прежние страхи.

Мы продолжаем листать книгу, и чем дальше, тем отчетливее становятся видения, и теперь они не нарисованы тушью. На самом деле они кажутся такими настоящими, что могли бы происходить в реальности. В этих поздних видениях мы наблюдаем обычное лицо с угловатым подбородком и пронзительными глазами. Красивое, если бы не постоянная ухмылка.