Тень серого дома - Галина Ивина Страница 140

— Шо шакое? – Хлоя пережевывала откушенный кусок, поэтому речь у нее получилась невнятная.

— Руку отлежал, – поспешил соврать Клим.

Она предложила размять, но он в ужасе отстранился.

— Ты уже скоро мать родную забудешь, – невольно отметила она.

— Разве не ты работаешь круглыми сутками? – задал Клим каверзный вопрос.

Запах маминого бутерброда долетел до его носа, и парень понял, что ужасно проголодался. Он схватил его с подноса и откусил огромный кусок. Хлоя изобразила возмущение в комедийном стиле, но тут же улыбнулась и устало сказала:

— Просто лето такое выдалось. Сейчас стало попроще, и я систематизирую июньские дела.

— Значит, убийства прекратились? – с набитым ртом спросил Клим, заранее радуясь тому, что их с «психами» действия оказались не напрасными.

— Уменьшились. Не знаю как, ведь мы никого не поймали. Возможно, это был «гастролер» и он уехал в другой город… – Хлоя тряхнула головой, словно хотела избавиться от мыслей о работе, вероломно пробирающихся в ее голову. Она вдруг просияла и объявила: – Знаешь, что, давай на выходные поедем отдыхать за город.

От неожиданного предложения Клим оцепенел. Хорошо, что мама отвернулась, чтобы налить себе крепкого чаю.

— Не могу я на этой неделе, – буркнул он.

Хлоя обернулась к нему через плечо и забавно вскинула брови.

— Не знала, что ты такой занятой.

— Ты, вообще-то, тоже должна быть занята. Помнишь наш уговор? Я пригласил в гости Августа, а с тебя свидание с начальником.

Хлоя улыбнулась со странным одобрением, будто ей нравилось то, что у Клима такая хорошая память и феноменальная прилипчивость.

— Хорошо, дам тебе отсрочку до следующих выходных, если ты дашь отсрочку мне. Но ты, будь добр, уладь свои дела, чтобы составить мне компанию.

Она поставила на поднос огромную чашку с чаем, подхватила его и убежала в зал корпеть над нераскрытыми делами. Клим так и остался в кухне, смиряясь с незапланированным отдыхом.

Два дня пролетели незаметно. В ночь на субботу Клим проснулся от жуткого ощущения, что за ним кто-то наблюдает. Вскочив на диване, он увидел перед собой светящийся силуэт. Он напоминал слабую неоновую подсветку, но Клим различил в нем очертания лица.

— Эрн? – спросил он настороженно, не до конца уверенный в своей догадке.

— Ага, – подтвердила темнота. – Я.

— Ты чего так поздно пришел? Я сплю, вообще-то.

— Знаю, – нервно отмахнулся призрак. – Я просто хотел почувствовать себя… ну, знаешь, живым.

Клим хотел бы сказать, что понимает желание друга, но он не понимал: что значит – живым? Призраки чувствуют себя мертвыми? Должно быть, это скверные ощущения, раз уж от них хотят избавиться.

Сон окончательно развеялся, и он вспомнил нечто важное: Эрн по-прежнему находится в плену. Поимка сирены его не освободила, и он не знает, как еще помочь другу. А самое худшее то, что Чудков делает из него монстра.

— Тебе плохо внутри справочника? – Клим сел и подоткнул подушку под спину. – Чудков… он… – Ему сложно было даже мысль сформулировать, не то что спросить, не превратился ли его друг в монстра. – Справочник меняет тебя?

— Это неизбежно. С другим хозяином.

Клим впервые задумался, каково Эрну после смерти. Может ли он свободно покидать место своего заточения – или только при определенных условиях? Спит, когда находится там, или вынужден часами смотреть в пустоту, ожидая возможности выбраться? Как происходит его трансформация: изменения болезненные или нет?