Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 141

— Маруся… – Иван ощутил, как кожа рук покрывается гусиной сыпью, по спине бегут мурашки, и волосы, начавшие отрастать, шевелятся…

— Да поняла я, ты меня любишь и…

— Люблю, – подтвердил он. – Но дело не в этом. Поднимайте тревогу!

— Чего?

— Там мертвецы идут. Закрывай коров. Уводи девчат. Давайте вниз, в ваши подвалы…

Вой сирены, разнесшийся по-над окрестностями, заглушил последние слова, и Маруся побледнела.

— Все будет хорошо, – поспешил соврать Иван, ощущая биение силы неживых сердец. Десяток. Два. Три. И с полсотни… – Беги в дом. Предупреди.

— Вань, – ухватилась за него Маруся, – ты…

— Я справлюсь. – Он взял ее руку и зачем-то поцеловал ладошку. – Ты не бойся, я ж эльф…

— Наполовину…

— Ну да, но все равно ведь. А эльфы, они ведь не просто так живут долго. Ты, главное, здесь организуй, чтобы паники не было. Группа одна… и там эти… пловцы с гранатами. И вышками… – Теперь идея с заградительными полями не казалась такой уж бредовой. Скорее, этих самых полей очень не хватало. – Давай! На тебе девчонки! – Иван развернул Марусю и подтолкнул к выходу. – А я… мне надо быть там…

Туман не развеивался. Он белыми клубами лежал на дороге, перекрывая и укрывая ее. Размытые силуэты вышек поднимались над нею, а людей и не видно.

Правда, стоило подойти ближе, и из тумана вынырнул силуэт.

— Ванька, ты это, – Михаил казался слепленным из молочной белизны, – иди. Мы справимся. И бычка забери.

— Какого? – Иван обернулся и с удивлением обнаружил за спиной массивную тушу Менельтора. – А ты откуда тут?

Менельтор печально мыкнул и голову опустил. А потом, будто приняв какое-то решение, встряхнулся и издал низкий гудящий звук, от которого клубы тумана отшатнулись, на мгновенье обнаживши и дорогу, и придорожные кусты.

— Вань, я серьезно, тут сейчас заваруха начнется…

— Ы… и… – донеслось откуда-то из тумана, а потом он заискрил, заиграл всеми оттенками зелени, словно там, дальше, укрыли в вате новогоднюю гирлянду.

— Нет, – Иван покачал головой и руку положил на бок Менельтора, чье сердце стучало что сумасшедшее, – я не уйду. Мне надо тут. Зомби идут…

— Твою ж… – Мишка отступил. – Дядька! Там это… зомби!

— Много? – донеслось с вышки.

— Много? – переспросил Михаил, спешно расплетая косу.

— С полсотни или около того. Но крупных.

— А ты чуешь?

— Эльфы очень нервно реагируют на мертвую силу. Она диссонирует с природой. Это как будто во время игры на арфе царапать мелом доску. – Мишку перекривило. – Вот-вот… Я еще не особо слышу, а для истинных – сущее мучение. А сила, как и звук, далеко разносится.

Он и палец в ухо засунул, потому что зачесалось то неимоверно.

Менельтор опять замычал и головой мотнул, потом топнул копытом, но как-то нерешительно, точно раздумывая, броситься ли ему на врага или все же отступить в безопасную тьму коровника.

— Ум-м-м… – долетело из тумана, и тут же к звуку этому добавился гулкий лай.

— Псы из ада, – сказал Мишка, оставивши ненадолго косу. – Я киношку одну смотрел. Про древнего некроманта. Он сотворял таких чудовищ, вроде собак здоровущих. И еще глаза красным горели.

— У умертвий всегда глаза красным горят. Это не потому, что злые, – пояснил Иван, – а специфика некрообмена. Непроизвольный визуальный эффект. Мне бабушка говорила.

— Ну если бабушка…