Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3 - Жоубао Бучи Жоу Страница 142

— Пожалуйста, принесите нам «рыбу-белку», «львиные головы» с крабовым мясом, «хрустальные» свиные ножки, копченый окорок с вишней, суп с рыбой, креветками и свиными тефтелями, а еще свинину, запеченную на пару в рисовой муке и обернутую листьями. Во все эти блюда перец не кладите. Дальше: отварную рыбу в остром соусе, острый «мапо тофу» с фаршем, свиной язык с желудком и нарезанным огурцом, тоже перченый, а еще цыпленка гунбао. Эти блюда должны быть острыми-преострыми, чтобы язык немел. Еще, пожалуйста, из соленого: пельмени из тонкого теста с креветками, ребрышки на пару с таро и соевым соусом, морские гребешки в жировой сетке и куриные лапки в соусе из черных бобов. На сладкое… – Мо Жань покосился на Чу Ваньнина и свернул свиток. – Просто принесите по порции всего, что у вас есть.

— Нам столько не съесть, – заметил Чу Ваньнин, не поднимая глаз.

— Заберем с собой, – отозвался Мо Жань.

— По дороге все остынет.

— Попросим повара в зале Мэн-по разогреть.

Чу Ваньнину показалось, что сейчас Мо Жань вел себя точь-в-точь как мелкий делец, который благодаря своему руднику в одночасье разбогател и теперь швырял деньги направо и налево, дабы показать всем, какую роскошь может себе позволить. Впрочем, читать нотации Чу Ваньнину совершенно не хотелось, так что он просто развернул свой свиток, пробежал глазами список и произнес:

— Принесите, пожалуйста, рулетики из бобовой муки, пирожные из клейкого риса в банановых листьях и три пиалы танъюань со сладкой бобовой пастой. Большое спасибо.

Очень скоро одно за другим начали подавать заказанные блюда. Ши Мэй любил острое, Чу Ваньнин – терпеть не мог, так что Мо Жань расставлял тарелки на разных концах стола согласно их предпочтениям. На одной половине стояли более пресные блюда, в которых преобладал зеленый цвет, а на другой – насыщенно-красные от перца. Сочетание цветов получилось красивое.

— А вот и последнее – наше избранное блюдо, «рыба-белка» из аухи!

Вслед за выкриком полового двое прислужников внесли в комнату блюдо с ароматным окунем в густом соусе. На вид рыба весила не менее пяти цзиней. Обжаренный до хрустящей золотистой корочки окунь, разрезанный на ровные ломтики, покоился на огромном плоском фарфоровом блюде небесно-синего цвета. Сверху рыба была полита ярко-красным густым кисло-сладким соусом и посыпана зеленым горошком, тонкой соломкой юньнаньского окорока и почти прозрачными очищенными креветками. Одного взгляда на это блюдо было достаточно, чтобы проснулся зверский аппетит и глаза загорелись от желания попробовать кусочек.

Чу Ваньнин обожал сладкое, а от кисло-сладкого и вовсе терял голову. Хотя при виде рыбы он ни капли не изменился в лице, его глаза невольно заблестели.

И Мо Жань заметил этот блеск.

Половой обвел взглядом их стол и, заметив, что перед Ши Мэем есть свободное место, кинулся было раздвигать тарелки на его конце стола, чтобы поставить блюдо с «рыбой-белкой» туда.

Однако другая пара рук оказалась проворнее. Поднявшись со своего места, Мо Жань принялся переставлять тарелки сам: поставил ближе к себе мясные блюда, к которым Чу Ваньнин обычно почти не притрагивался, а ближе к Ши Мэю перенес те, что были поострее. Таким образом на столе перед Чу Ваньнином образовалось свободное место, и Мо Жань с улыбкой сказал половому: