Ангел со сковородкой - Галина Гончарова Страница 146

Нужна теперь эта Долорес?

Все трое переглянулись – и подвели для себя итог.

Да пошла она… вот именно туда, откуда на свет вылезла! Повезет ей – забудет про нее ведьмак. Не повезет – пришибет. И даже жалко не будет, уж очень баба гадкая!

Добавить ей пинка и отправляться к себе, а эта…

Пусть живет, если получится.

С тем налетчики и ушли, разве что Ангелина пару пинков эле Долорес добавила. И та долго сидела, ругалась… а что делать-то? Побежать в полицию?

Так ведь смысла нет, с ней же ничего не сделали! Только информацию вытряхнули и лишили надежды заработать денег.

Сволочи, сволочи, кругом одни СВОЛОЧИ!!!

НЕНАВИЖУ!!!

* * *

Пау был мрачен.

Сидел он себе вечером в библиотеке, в полной темноте, даже свет включать не хотелось, и мрачно смотрел в стену.

Пить тоже не хотелось.

Отец и эн Хуан уж пятый сон видели, а ему вот не спалось!

Тошно, тоскливо, муторно на душе… без Амели вообще волком завыть. Хотя так и так выть хочется.

Она там, он тут… и сын там! Кольдо Пау Санс!

Пока – Санс!

Не Видаль!

Даже не эн, а эл! И как с этим быть – непонятно!

Если б мать не была настолько против! Отца-то под бутылку на что угодно уломать можно, только подливать не забывай и свое повторяй, он когда проспится, будет уверен, что сам все придумал.

С матерью так не получится. И Пау был уверен, она и ему испортит все, что можно, и Сансам. А ему ж надо будет жениться, сына признавать, опять же Амели энной станет, но это не в один день делается. Если эла выходит замуж за эна, она все равно остается элой, пока трех детей не родит. А с такой бабушкой, как Абриль Вероника Видаль, даже сделать ребенка – уже подвиг, не то что выносить и родить здорового малыша! Ее раньше до выкидыша доведут!

Амели – тонкая, нежная, она всеобщего давления не выдержит. Пау она любит без памяти, но жить-то им среди людей! И энна Абриль этих людей так настроит… против них!

Монике крупно повезло.

Пау никому не признался бы, но сестре он чуточку завидовал. Не за любовь к Альваро, которую было видно всем. Не за его любовь, которую тоже не скрывал мужчина. А потому, что они оба равны по рождению, потому что им не надо никому и ничего доказывать… Он тоже справится, конечно, он не дурак, ради семьи он может постараться!

Только вот Альваро Эррера сколько лет? То-то же! Он успел всего добиться сам! А Пау в полтора, как бы не в два раза меньше! И к тому времени, как он добьется, для Амели и его сына будет слишком поздно что-то менять. Нужно раньше, а как?

Он и хотел бы с зятем посоветоваться, но Альваро уехал, а Моника… какой от нее толк?

Глазами хлопать?

Разве что!

Мужчина вздохнул и решил прогуляться перед сном. Все равно сейчас вертеться будет, крутиться, проваляется три часа в кровати, уснет под утро, потом не выспится… он и с отцом-то пил, чтобы вернее из сознания вышибало. Но вот сегодня Хосе и Хуан без него справились, а Пау сидел и сидел. Даже вино в глотку не лилось, как-то одно к одному пришлось, и Моника уехала, и вообще… неудачно все складывается в этот приезд.

Потом поднялся, вышел из дома и направился в сад.

Сделал круг, второй, присел на скамейке.

До чего же он дошел!

Ничего ему не охота! Ни двигаться, ни думать… вот можно было бы уснуть, и проснуться, когда все проблемы как-то сами решатся! Луиза – и та смелее оказалась! Конечно, себя продавать, оно не слишком хорошо, но не воровать, не убивать, все по добровольному согласию[21].