Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы - Святослав Макаревский Страница 152

Права она была! Ведь для революционеров существует два приемлемых варианта: успешное покушение и покушение, которое не состоялось по той причине, что представители власти попрятались по домам. В обоих случаях Охотники выигрывают, хоть и сумма выигрыша разная. А вот не побояться и избежать смерти… Но это ведь опасно и трудно – играть со смертью.

— Когда революционеры назначили следующее покушение? – поинтересовалась Альдегерда.

— В их газете значится двадцать четвёртое число этого месяца, – сказал Мэйфон. – Тем не менее, в ближайшее время они могут попытаться…

Он посмотрел на Аньена, да так, что тот невольно втянул голову в плечи.

— Попытаться убить вас, Ваше Высочество.

— Послезавтра я уезжаю в Сигневерд, – нахмурился тот. – Там они меня не достанут.

— А когда ты вернёшься, они уже будут разгромлены, – закончила за него Альдегерда. – Мэйфон, вы должны расправиться с этими…

— Охотниками, Ваше Величество, – подсказал он.

— Да-да, с Охотниками. В идеале вы должны расправиться с ними до следующего покушения. В крайнем случае – до возвращения моего наследника, до десятых чисел следующего месяца. Чем раньше, конечно, тем лучше. Потому что, если у нас тут будут постоянно убивать – или пытаться убить – представителей власти, элиты Сигневерда вряд ли захотят нас посещать. Между тем вторая половина нынешнего Сезона должна стать… особой… Прологом нового этапа международной политики…

Она помрачнела.

— Если Карнберг не начнёт действовать. Но королём Айсплом мы не управляем, а справиться с Охотниками в наших силах, да ведь?

— Так точно, Ваше Величество.

— Как продвигается расследование? – поинтересовалась Альдегерда.

— Так как никто из опрошенных, – с Аньеном Мэйфон не общался, – не смог составить такого словесного портрета сбежавшего революционера, который смог бы помочь его выловить, я решил подойти к делу с другой стороны. Кто-то снабжает революционеров взрывчаткой. Скорее всего, этот человек – студент технологического направления… Я отправил сотрудников сыскного отдела расспрашивать университетских ректоров и преподавателей. Вдруг кто-то из их учеников проявляет… подозрительный интерес к работе с взрывчатыми веществами. Скорее всего, один из этих студентов и контактирует с Охотниками… Так мы можем выйти на группировку революционеров.

— Что ж… – Альдегерда взяла со стола колокольчик и позвонила. В кабинет вошли не лакеи, а двое государственных мужей. Одного Мэйфон знал в лицо – Дарбен Ваахен, великий камергер, глава королевской канцелярии и шеф Охранителей.

— Вот и вы! – воскликнула королева. – Ваахен, вы с полицмейстером должны работать вместе, чтобы побыстрее покончить с этим делом.

— Конечно, Ваше Величество. Господин полицмейстер, это Риббос Хааркен, мой второй заместитель по делам о тайных обществах.

«Хааркен, Ваахен… Гранские фамилии» – подумал Мэйфон. – «У них там что, семейное дело в Службе Охранения Общественного Спокойствия?»

— Приятно познакомиться! – Полицмейстер протянул руку, и Охранитель, с лёгким поклоном пожал её.

— Мэйфон… Я вас больше не задерживаю! – Королева широко и – как ему показалось немного зловеще – улыбнулась, снова взяла со стола колокольчик и позвонила. Теперь появился уже лакей, и Альдегерда велела ему проводить Мэйфона и Хааркена.