Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 153

А Шайба, поймав на себе премрачный оценивающий какой-то взгляд мужика, зачем-то сказал:

— Сестра. Старшая. Не замужем. Детей нет. К сожалению…

Может, будь у нее муж и дети, Глаша свою энергию на них бы направила?

Взгляд мужика сделался задумчивым, мечтательным даже, а потом он руку протянул.

— Касьянов. Ты это… держи своих при себе. И как заваруха начнется, так к семинаристам отступайте. Ясно?

Нет. Но руку Шайба пожал. Левой.

А со сцены не ушел. Осмотрелся и… зачем-то, набрав полную грудь воздуха, выдал:

— Эх, дубинушка, ухнем…

Эхо полетело-покатилось по-над полем. Надо же. И ровно получилось, и хорошо. И голос держится. Держится голос!

А мужик палец большой вскинул.

— Ухнем! Еще как ухнем!

Все-таки надо будет найти Эльку. И сказать, что он, Афанасий, ее любит. И всегда любил. И любить будет до скончания дней. А потому, если она еще не нашла себе кого-то более подходящего, пусть возвращается и свадьбу планирует.

И плевать, что эта свадьба в творческие планы не вписывается.

Губы сами собой растянулись в улыбке, и захотелось спеть. Просто спеть. Первое, что в голову пришло.

— Много песен слыхал я…[4]

Глава 34

О стратегическом планировании, подвигах и крепости чужих нервов

«Это была его очень давняя любовница, оставшаяся еще от первого брака…»

Из личной характеристики одного весьма достойного господина

— Таким образом, по имеющимся данным ожидается диверсия в Конюхах и еще одна – рядом с Осляпкино. – Кошкин склонился над картой, которую разостлали тут же, на столе.

Стол из конторы вытащили на улицу, поставив рядом с оградой. За оградой бродил черный бык, какой-то облезлый, с обломанным рогом. Он то и дело подбирался и норовил в карту заглянуть, будто тоже желал принять участие в совещании.

Карта была самой обыкновенною, и толку от нее никакого, но собравшиеся глубокомысленно покивали.

— Надо ехать, чего уж тут, – сказал полковник Черноморенко, сунув быку горбушку хлеба.

— Куда?

— В Конюхи.

Его императорское величество в драной майке и драных же штанах восседал во главе стола, и Кошкин совершенно точно понял, кто в здешнем дурдоме за главврача.

Хотя… были еще варианты, но очень уж непатриотичного толку. Совсем.

— В Осляпкино, точнее рядом, находится князь Чесменов. Думаю, его хватит, чтобы разобраться с угрозой. Да и части Симакова подстрахуют. – Он ткнул пальцем на карту, повернул ее влево и вправо и поинтересовался: – Это ж Тверская область вроде. На хрена нам карта Тверской области?

— Так другой не нашли, – Петрович смущенно пожал плечами, – а совещаться без карты как-то оно… неправильно. Вот и положил, что было.

Главное, что этот глубоко абсурдный ответ всеми воспринялся очень даже нормально.

— Ладно, обойдемся и этой, – согласился император и водрузил на карту огрызок яблока. – Чего? Подручными так подручными. Это, допустим, мы. Подкозельск то есть. Тут у нас имеется гроб хрустальный, то есть древний эльфийский артефакт. Его надо охранять?

— Нет, – ответил эльфийский посол, лицо которого почему-то покраснело, точно ошпаренное, а левое ухо опухло. Правое Кошкин разглядеть не мог, потому что к нему посол прижимал вышитое полотенчико. – Там достаточно дверь закрыть.

— Какая хорошая система… Значит, дверь закроем. И дальше что? А вот тут Осляпкино… дайте что-нибудь! – В протянутую руку самодержца вложили гранату, которая заняла свое место на столе чуть левее карты. – В Осляпкино уже работают чистильщики с Симаковым. Он вроде толковый…