Леди озера - Майк Омер,К. Н. Кроуфорд Страница 155

— Как глубоко? – Мои слова звучат резко, я в панике. Приглядываюсь и вижу, насколько скверно выглядит рана на животе.

— Железо, – хрипит Талан. – Отравление железом.

Я поддерживаю его. Голова идет кру́гом. Большинство рыцарей уже погибли. Раненый Рафаэль держится за кровоточащую голову, но, похоже, он выживет.

А вот Талан бледен. Выражение его глаз становится таким мученическим и отстраненным, словно он уже на полпути к смерти. И этот взгляд уничтожает меня.

Я теряю голову, когда принц наваливается на парапет, держась за живот.

— Ния, ты должна уничтожить вирус. Немедленно.

— Мы уничтожим его вместе! – кричу я, словно так и будет на самом деле, если кричать достаточно громко.

Талан закрывает глаза и качает головой.

В панике я озираюсь по сторонам. Смерть повсюду. Найвен сражается с последним оставшимся в живых Пендрагоном.

Талан прислоняется к стене, его глаза тускнеют.

— Ты не умрешь! – снова кричу я и почему-то злюсь на него.

Вся дрожа, присаживаюсь рядом на корточки, нахожу драконий свисток, дую изо всех сил, и воздух оглашается пронзительным визгом.

Найвен добивает последнего рыцаря, и в ту же секунду над горизонтом раздается громкий рев. В воздухе слышится ритмичное хлопанье крыльев. Я выглядываю из-за парапета и вижу летящую к нам Тараск. По ее телу струится кровь, одно крыло изодрано в клочья. Ей никак не по силам вернуть нас в Броселианд. Но она с грохотом приземляется, и кажется, что вся башня содрогается под ее тяжестью.

Я прижимаю Талана к себе.

— На помощь! – зову Найвен. – Нам необходима исцеляющая магия Рафаэля! Талан умирает…

Найвен бросается ко мне.

— Рафаэля ударили по голове – плашмя, но довольно сильно. Он еще не пришел в себя.

Талан встречается со мной глазами, его гаснущий взгляд убивает. Я не в силах дышать. Мир темнеет, превращается в прах.

— Помоги посадить его на дракона. – В моем голосе слышится паника, но в мозгу вспыхивает идея. – Талан, идти можешь?

— Разумеется, могу, черт возьми, – бормочет он, но как-то неубедительно.

Мы с Найвен помогаем Талану подняться, закидываем его руки к себе на плечи и почти волоком тащим его к Тараск. Она подозрительно смотрит на нас прищуренными металлическими глазами, но через мгновение наклоняет голову. Талан, пошатываясь, карабкается ей на спину. Я забираюсь следом, обхватываю его сзади за талию, чтобы поддержать, и при этом стараюсь не давить на рану.

Когда мы усаживаемся, Найвен достает из мешка бутылочки, опасливо расставляет перед зубцами парапета и быстро отступает, бормоча:

— Сожги это дерьмо, ладно?

Смотрю на Рафаэля – он по-прежнему держится за голову.

— Позаботься о нем, ладно?

Найвен кивает:

— Конечно.

Я наклоняюсь к Талану, мое сердце бешено стучит.

— Талан, можешь приказать Тараск, чтобы она спалила бутылочки?

Он судорожно вздыхает и хрипло отдает команду.

Тараск с низким рычанием поднимает голову. Пламя охватывает бутылочки, жидкость внутри на несколько секунд закипает. Стекло разбивается, жидкость шипит и испаряется, а опасный вирус уничтожен обжигающей вспышкой. Пар с шипением поднимается в воздух уже безвредными струйками.

Я облегченно вздыхаю и, крепко прижавшись к Талану, спрашиваю:

— Ты выдержишь?

— Да, – бормочет он. – Но Тараск очень больно, Ния. Она не улетит далеко.