Дом Вечности - Мара Вульф Страница 157

— Она только что уснула, – шепчет он.

Мое сердце сжимается, когда я вижу темные круги у него под глазами.

— Уиллоу хотела бы взглянуть на руки Финолы. Если ты не против.

Тристан осторожно укладывает ее обратно на матрас и поднимается сам. Ее лицо пылает. Удивительно, что она все еще жива. Настоящий боец.

— У врача сегодня не получилось заглянуть, – говорит он. – В другой части Неа вспышка холеры. В колодцы попала грязная вода. – Он убирает влажную прядь со лба Финолы.

— Возможно, я смогу помочь, – мягко отвечает Уиллоу. – Эйвери, сходи пока с Тристаном на кухню.

— Я лучше останусь здесь, – вырывается у него слишком быстро.

— Если ты свалишься от истощения, то уже ничем ей не поможешь, – строго сказала она. – Выпей и съешь что-нибудь.

Я беру Тристана под руку и вывожу за дверь.

— Иди. Я позову, когда мы закончим.

— Только не делайте ей больно, – шепчет он.

Я провожу рукой по его плечу, стараясь утешить.

— Никогда, – обещаю я. – Доверься мне.

Он касается пальцами висящего на груди крестика и кивает.

— Десять минут, – говорит он потом. – Мне нужно всего десять минут.

Я закрываю за ним дверь и возвращаюсь к постели. Уиллоу тем временем терпеливо разматывает бинты Финолы. Раны, что скрываются под ними, выглядят ужасно. Края воспалены, и сочится гной.

— Надо было позвать меня раньше.

Я резко поднимаю на нее голову:

— Ты бы смогла ее спасти?

— Нет. Не думаю. Но мне интересно, чем ее мазал этот врач. – Уиллоу достает из сумки свежие повязки, пузырьки и мази, а потом осторожно капает Финоле что-то в рот. – Немного обезболивающего. Чтобы не мучилась, пока я прочищаю раны. – Она берет пинцет и начинает слой за слоем счищать воспаленную кожу. – Я думала, в нее стреляли.

— Стреляли. Но пол был усыпан стеклом и всяким мусором. Пуля попала ей в спину, и, когда упала, она порезала ладони.

— Тогда стоит осмотреть и рану на спине. У нее слишком ослабленный иммунитет. Она не справится сразу с двумя ранениями. – Уиллоу говорит так, будто у Финолы уже нет шансов.

— Мы должны что-нибудь сделать.

Закончив обработку, Уиллоу мажет раны светлой мазью и снова накладывает повязки.

— Она человек, Эйвери. У нее заканчивается время – ты знаешь это лучше меня.

Знаю. Уже несколько дней из ее ран не вытекает ни капли времени.

Мы осторожно поворачиваем ее на бок, и Уиллоу осматривает спину. Эта рана выглядит не такой ужасной, но по лицу подруги я не могу понять, что она думает.

— Ты должна сказать Тристану.

— Я не могу. Это его убьет.

— Иначе он не успеет с ней попрощаться. – Она складывает инструменты обратно, а потом капает что-то Финоле на губы. – Это немного собьет жар.

Я встаю.

— Ты никогда не задумывалась, можем ли мы возвращать людям их время, если захотим?

Она поворачивается ко мне и недоверчиво смотрит на меня:

— Ты в своем уме?

— Я просто… не уверена, что мы имеем право его отнимать.

Уиллоу подходит ближе и кладет руки мне на плечи. Хотя она ниже меня ростом, сейчас кажется огромной.

— Я люблю тебя, Эйвери, и именно поэтому скажу только один раз: никогда, слышишь меня, никогда не произноси такое вслух. Это перечит всем нашим законам. Мы – хранители времени. Хронос доверил нам эту миссию. Что с тобой происходит? Ты ведь не брала время у Финолы. Откуда взялось это чувство вины?