Судьба, начертанная кровью - Даниэль Л. Дженсен Страница 157

Вернее, каким образом я это совершила.

— Фрея? Это Стейнунн. Я надеялась с тобой поговорить.

«Уходи! – хотела заорать я. – Оставь меня в покое».

Меньше всего мне хотелось воскрешать в памяти взятие Гриндиля. Гибель Бодиль. То, как меня поглотила ярость.

Молчание затянулось, и я понадеялась, что скальд сдалась. Убралась. Но ее тихий голос зазвучал снова:

— Конунг Снорри приказал мне поговорить с тобой, прежде чем я завершу свою песнь.

Конунг, мать его, Снорри.

Я ощерилась в подушку, зная, что не имею права злиться, ведь сама же и позволила ему заполучить этот титул.

— Фрея! – пробился сквозь стены пронзительный голос Ильвы. – Открой дверь!

Я вздохнула. От Ильвы игрой в молчанку никак не отделаться. Владычица Хальсара, а теперь, надо полагать, и Гриндиля прибыла вскоре после битвы, и я до сих пор избегала ее резких речей только потому, что она ухаживала за ранеными и заведовала восстановлением разрушенного.

Я кое-как сползла с кровати и вздрогнула, коснувшись босыми ступнями холодного деревянного пола. Все в Гриндиле было из дуба. Он мог бы внушать покой, дарить ощущение безопасности, но вместо этого я чувствовала себя в ловушке.

Сдвинув засов, я распахнула дверь.

— Простите, – буркнула я. – Спала.

Ильва нахмурилась. То ли из-за того, что уже стоял полдень, то ли из-за моего видка. Я не мылась с тех самых пор, как счистила с себя грязь и кровь битвы. А волосы как заплела мокрыми, так больше не трогала, и теперь косы совсем растрепались. Вся комната была заставлена мисками с объедками и чашками, которые слуги оставляли у двери, но зайти и забрать их я никому не позволяла. Увидела бы меня такой мать – надавала бы по шее.

Вот только мне было плевать. Мне хотелось лишь одного – спать и еще раз спать.

— Ты ответишь на вопросы Стейнунн! – рявкнула Ильва. – Иначе будешь отвечать на мои.

— Ладно.

Я пропустила скальда, а потом захлопнула дверь прямо у Ильвы перед носом.

— В Гриндиль прибыл твой брат, – заявила Стейнунн вместо приветствия. – И привез с собой жену, Ингрид.

Жену.

А я даже не знала, что они поженились. На свадьбу меня, конечно, не позвали, да и не то чтобы у меня было время там погулять. За исключением последних дней я не знала ни минуты покоя. Но от того, что меня обошли стороной, все равно стало больно.

— Спасибо, что сообщила.

Стейнунн прошла вглубь комнаты, окинула спокойным взглядом беспорядок и присела на краешек измятой постели. Я в который раз поразилась, как все-таки она прелестна: аккуратные русые косы, нежный румянец на округлых щеках. Платье, без единого пятнышка, безупречно облегало фигуру, а пышная грудь, которой я так завидовала, лишь робко выглядывала из скромного выреза. Хоть Стейнунн и была старше меня, выдавали возраст лишь еле заметные морщинки у глаз. И все же, несмотря на эту красоту, я ни разу не видела, чтобы кто-то добивался ее расположения. Интересно, это она сама отталкивала ухажеров или же все видели в ней не женщину, а только голос?

Я осталась стоять, скрестив руки:

— Думала, ты уже странствуешь с песнью о Фьялльтиндре.

Множа мою славу, ибо Снорри верил, что именно так он заставит ярлов присягнуть ему как конунгу.

Стейнунн слабо улыбнулась:

— Желаешь ее услышать? В Хальсаре, едва я успела начать, ты лишилась чувств.