Кровь на песке - Брэдли Бэлью Страница 157

Гривальден был одним из самых знаменитых аукционных домов Шарахая. Там собирались богатейшие семьи города, хозяева караванов, сановники и проезжие богатеи, надеющиеся привезти из Шарахая какую-нибудь драгоценность.

— И что? – бросил Хамид. – Лаиту нужно куда-то сбывать свою долю. Может, у него характер как у гожэновых детей, но если он добывает хороший товар, в Гривальдене только рады будут на нем навариться.

— Верно, потому я туда и пошел. Халук послал одного из своих стражников сказать Лаиту, что товар доставлен. А сам, с двумя другими, отправился в бордель на Вощильной улице. Я поговорил с тамошней мамашей, и она разрешила поболтать с его девушкой.

Хамид уставился на него и щелкнул пальцами.

— Что, вот так просто?

Эмре не знал, что там с ним случилось на корабле, но отношение это начало его раздражать.

— Что сказать, у меня везде друзья!

— Хочешь сказать, девчонка предала клиента, потому что вы с ней вроде как друзья?

Эмре дернул плечам.

— Я просто знаю подход.

Масид ухмыльнулся.

— Эмре-Эмре, продался бордельной мамаше! – Он расхохотался. – Я слышал, что женщины на тебя вешаются, но что они ради ночи с тобой готовы делом рискнуть, это новость!

На этот раз Эмре рассмеялся вместе с ним. Хамид глянул на них снисходительно, будто ему стыдно было находиться рядом.

— По правде говоря, она и так хотела мне рассказать, – отсмеявшись, продолжил Эмре. – Халук плохо обходится с девочками, но он под защитой Лаита, что ему сделаешь! Я просто намекнул ей, что если мы узнаем нужные сведения, недолго ему осталось.

— Выкладывай уже, что сказала девчонка! – ощетинился Хамид.

Масид покосился на него, но кивнул Эмре.

— Девушка сказала, что Халук хвастался о том, что доставил для Лаита кое-что ценное, так что завтра будет при деньгах, как заберет из Гривальдена причитающееся Лаиту.

Масид сосредоточенно кивнул.

— То есть то, что Лаиту достанется после того, как Гривальден вычтет свою долю.

— Сперва я тоже так подумал, но она сказала, мол, он ныл о том, что доля была бы больше, если б не пришлось делить на четверых.

— На четверых… – отозвался Масид. Эмре принялся загибать пальцы:

— Лаит, Халук, Гривальден… и четвертый.

Лицо Хамида наконец-то просветлело, он сосредоточенно свел брови.

— Халук забирает товар, потому что за ним никто и не подумает следить, а Лаит продает нужное с аукциона и отдает долю Азизу. Хитро!

Эмре кивнул.

— Вопрос, что происходит дальше.

— Нужно проникнуть в Гривальден, – сказал Хамид. Масид постучал перстнем по столу тем же жестом, что его отец, приказывавший рикше.

— Я сам этим займусь. – Он встал, ухватил Эмре за затылок и поцеловал в макушку. – Ты хорошо справился. – Затем проделал то же самое с Хамидом.

— Вы оба молодцы. Скоро встретимся, – сказал он на прощание и вышел.

Эмре почувствовал прилив бодрости: наконец-то все сдвинулось с мертвой точки! Но Хамид скис опять. Молчание затягивалось.

— Расскажешь, что там было на корабле? – спросил наконец Эмре.

— Ни за что.

Эмре налил ему еще арака.

— Тогда хотя бы выпей со мной. Мы живы и на шаг ближе к цели.

Это была обычная присказка Воинства. Хамид взглянул на него так, будто был готов этот арак ему в лицо выплеснуть, но вдруг словно натянутая струна лопнула внутри него – он тихонько рассмеялся и поднял рюмку. Чокнуться как следует с первого раза не получилось, так что он снова стукнул рюмкой о рюмку Эмре, от души, так, что арак пролился, и залпом выпив, налил себе еще.