Развод. Проданная демону - Евгения Медведская Страница 16

Мои темные волосы расчесывают, отрезают прядь, затем ее погружают в магический раствор. Прядь окутывает золото, она застывает причудливым узором, который складывается в звенья. Я знаю, что это такое — ошейник покорности. Вещь, которой будущий хозяин будет подавлять мое сопротивление.

То, что никак нельзя назвать украшением, кладут в шкатулку.

Мне делают объемную высокую прическу, волосы поднимают с плеч, чтобы не закрывать тело. На ноги надевают открытые босоножки. Белья на мне просто нет.

— Надо выйти в центр сцены, — говорит мне распорядитель. — Затем дойти до пятна света. Все. Дальше ты молча стоишь. Поняла?

— Поняла, — отвечаю я.

— Будет хоть одна попытка показать характер, тебе же хуже.

— Мой муж будет на торгах?

— Вы все об этом спрашиваете, — машет на меня рукой распорядитель. — Я всем отвечаю одно: нет. И неплохо, что его больше никогда не будет в вашей жизни. Редкостное скотство так поступать с близким человеком, что бы он ни сделал.

Я с надеждой смотрю на мужчину.

— Ой, перестаньте, — машет на меня он. — Я такие деньги на этом делаю, что могу позволить себе быть добрым пару минут в месяц. В этом месяце лимит превышен.

Он разворачивается и уходит.

Девушка дает мне маленькую капсулу.

— Держи, это от меня тебе подарок. Выпьешь и такое желание накроет, что даже гоблина с радостью обслужишь. На хозяина главное произвести впечатление в первую ночь. Они тоже привязываются, даром, что мужики.

— Не надо, — отказываюсь я. — Лучше бы яд предложила, чем такое.

Девушка хохочет, а затем сует капсулу в серединку искусственного цветка и украшает им мои волосы.

— Если передумаешь, то учти — действие приблизительно через пять-десять минут. Прими заранее. Правда будет легче.

Я прикрываю глаза. Мне никогда не будет легче.

Распорядитель возвращается резко.

— Я не знаю, что не так с тобой, — говорит он. — Но тебя уже купили. Сейчас хозяин заберет тебя.

Я оседаю. Мне кажется, что мир уходит из-под ног.

— До торгов? — хрипло спрашиваю я.

— Да! До торгов и за баснословные деньги! — распорядитель в восторге.

Я леденею изнутри. Дариан поспешил? Или кто меня купил? Если Дариан, то хорошо, что в соглашении есть пункт насчет максимальной стоимости выкупа. Не представляю себе баснословную сумму, умноженную на два.

Девушка кладет инструменты.

Они выходят прочь, а я остаюсь в шоке.

Дверь открывается, на пороге незнакомый мне мужчина. Он полноватый, лицо угрюмое, одежда очень богатая.

— Надевай, — он подает мне плащ.

Вещь очень красивая, похожа на платье. Плащ садится по фигуре, укрывает мои ноги, я все еще не могу согреться и поэтому рада, чтоон такой длинный. К тому же ткань плотная и расшитая. Очень красиво. Я бы сказала шикарно.

Спешу одеться.

— Ты идешь со мной, — говорит он.

Я перестаю дышать. Где же Дариан? Что теперь со мной будет?

Кто он

Мы садимся в мобиль. Я отворачиваюсь к окну. Мне становится как-то очень нехорошо. Очень хочется спать. Летим в гробовой тишине. Человек, который меня купил не пытается прикоснуться, но я его чувствую рядом. Чувствую его энергетику, слышу его дыхание.

У него есть запах. Что-то сладковатое, неприятное.

Мобиль останавливается. Мы в красивом саду. Кругом цветы, каменистые дорожки.

Я без сопротивления выхожу на свежий воздух. Муж меня предал. Дариан меня предал или опоздал. Вот я в новом доме. У меня было два мужчины, которых я любила. И ни один из них не получил мое тело. Теперь же передо мной чужой человек, который получит тело, но которого я никогда не полюблю.