Талигойская баллада. Пламя Этерны - Вера Камша Страница 16

Еще не хватало, чтобы мальчишка бегал по темным закоулкам в поисках котенка! Мало ли куда тот забежал, мог и из Цитадели выскочить. Кошки не люди, везде отыщут лазейку, с них станется.

Когда Создатель, вспомнив о сотворенном им мире, вернулся и изгнал захвативших его демонов, все твари дневные и ночные склонились перед Ним и восхвалили Его. Все, кроме кошки, повернувшейся к Нему спиной и принявшейся умываться. За свою гордыню кошка была изгнана на край мироздания, где вечно горит огонь Заката. Там вместо того, чтобы искупить свой грех смирением, она отыскала проход в великом пламени и показала его Чужому, назло Создателю признав того своим владыкой. Так Леворукий открыл путь в Кэртиану… Во всяком случае, по мнению мракобесов в серых балахонах.

— Твой кот сам вернется. Я запрещаю тебе выходить.

Сын нахмурился, но промолчал. Садясь на коня, герцог окликнул слугу:

— Фрэнки, если найдете котенка, не возвращайте Ричарду, а отнесите к амбарам.

Фрэнки угрюмо кивнул. Упрямый, как большинство надорцев, он терпеть не мог торквинианцев, хотя за что их любить?! Говорят, в орден Истины красивых и высоких не берут. Красота ходит рука об руку с гордыней, а слуги Создателя должны быть смиренны и незаметны, недаром их символом стала мышь со свечой в лапках.

Красота сама по себе искус и для ее обладателя, и для тех, кто рядом. Тот же Рамиро в глазах «истинников» пособник Чужого лишь потому, что красив и горд. А в глазах Людей Чести он виноват в том, что занял пустующее место! Бред! Только раньше Алан Окделл отчего-то о таком не задумывался.

3

Хмурые стражники с королевскими гербами на туниках раздвинули копья, пропуская Окделла к королю. С Эрнани был заспанный Шарло; похоже, беднягу подняли с постели. Они все стали какими-то совами – днем спят, ночью караулят…

— Вы звали меня, государь?

— Да, герцог. Мы рады вас видеть. – Эрнани выглядел не просто плохо – ужасно. – Алва просит разговора наедине, но я решил пригласить еще и вас. Не то чтобы я ему не доверял, просто вы с Эпинэ сможете дать мне совет.

— Я к услугам моего короля.

— Благодарю. – Повелитель Талигойи еле заметно шевельнул рукой, подзывая пажа. – Пригласите герцога Кэналлоа.

Если южанин и был разочарован присутствием посторонних, то ничем этого не показал. Похожий в надетой поверх легкой кольчуги котте на морисского шада с книжной миниатюры, Рамиро изысканно поклонился.

— Вы хотели говорить со мной, герцог. Надеюсь, вас не смущает присутствие моих добрых друзей?

— Отнюдь нет. Я не хотел, чтобы меня слышали кансилльер и маршал, но я рад видеть герцога Эпинэ, а герцог Окделл знает, о чем я буду говорить.

— Мы слушаем. – Король говорил с видимым усилием, неужели возвращается болезнь? Серую лихорадку нельзя вылечить, разве что залечить, но как же не вовремя!

— Государь, город нам не удержать. Отдых скоро закончится. Франциск делает вид, что будет ждать холодов, но я ему не верю: когда зарядят дожди, в лагере станет несладко. Оллару нужно победить до исхода лета. Он приручил окрестных крестьян и примирил с собой горожан, теперь пора вновь браться за оружие. Два, самое большее – три штурма, и сначала Новый город, а потом и Старый падут. Цитадель продержится дольше, но возьмут и ее. Ваши люди не верят в победу, а простые воины хотят жить.