Алый трон - Эми Лиоу Страница 161

— Откуда нам знать, что это не твоя книга? – тихо спрашивает Харун. Его взгляд скользит по мне, острый, как змеиный клык. – Или, может быть, ее обнаружила Ракхти?

У меня вырывается взрыв смеха.

— Зачем она мне, Харун? Да Рашматун скорее сотрет меня с лица земли, чем позволит даже подумать о магии крови. А потом, я не вижу причин, по которым Нали могла бы понадобиться эта книга. Она практикует магию деннарцев.

У Харуна ходят желваки.

— Но ты намекаешь, что я шаман крови, а ведь я служу в храме богини почти сорок лет. Хочешь сказать, Рашматун предпочитает закрывать глаза на мои грехи?

— Возможно, она хочет, чтобы ты покаялся, – мило улыбаюсь я Харуну. – Даже самые святые люди совершают грехи, как неосознанно, так и сознательно.

Его душевное состояние лучше всего сравнить с раскаленным чайником, который от жара готов разлететься на куски.

О, я бы хотел на это посмотреть, мурлычет Илам, упиваясь зрелищем.

Я наслаждаюсь пьесой, которую сама и поставила.

— Отдай мне эту книгу, Ракхти Бинса, – тихо молвит Нудин. – И мы забудем обо всем, что случилось. Включая кражу, совершенную урвас.

Нали дергает меня за рукав, в глазах отчаяние. Я наклоняюсь к ней и шепчу в ухо:

— Мы должны подчиниться, Нали. Ты должна сохранить свое положение, ты ведь сестра будущей Ракхти.

При упоминании Медхи ее плечи опускаются. Нали неохотно подчиняется.

Я передаю книгу Нудину.

— Спасибо, – говорит он, разворачивается и объявляет: – Никто их вас ничего не видел и не слышал. А сейчас мы отсюда уходим.

Даже подчиняясь приказу Нудина, все продолжают перешептываться. Вскоре комната пустеет, остаемся только я, Нали, Харун и Нудин.

— Я тебе этого не забуду, урвас, – рычит Харун. – Ты заплатишь за то, что опозорила меня перед моими людьми.

Нали не удостаивает его ответом.

Харун ухмыляется, уверенный, что не сделал ничего плохого, затем разворачивается и уходит. Нудин бросает взгляд на нас с Нали, прежде чем последовать за отцом.

Нали разражается рыданиями.

Я вздрагиваю, затем провожу рукой у нее между лопатками. Не уверена, что это утешает, но я много раз видела, как служанки успокаивали друг друга подобным образом после печально знаменитых разносов Джирташ. Нали требуется некоторое время, чтобы успокоиться.

— Я заставлю его заплатить, – выдавливает она, вытирая глаза. – Он убил Анджу. Убил тех девочек. Он украл столько жизней, что недостоин существовать на белом свете.

Гвоздь входит в стену. Вот то, что убедит Нали реализовать мой план.

— Верно, – соглашаюсь я. – Он не заслуживает того, чтобы жить.

Будь осторожна в своих желаниях, смеется Илам.

Я изучаю труд Привинду до поздней ночи, и компанию мне составляет только горящая свеча. Нудин тайно передал мне книгу ближе к вечеру. Веки слипаются, в ушах гул. От усталости ломит кости, но я заставляю себя наверстывать упущенные за годы знания.

Время от времени Илам отпускает ехидные замечания. И ничуть я не гордый,фыркает он, когда я натыкаюсь на отрывок, описывающий демонические черты характера, включая нарциссизм. Но большую часть времени я одинока в своих мыслях.

Когда в изнеможении я готова сдаться, я натыкаюсь на главу, которая по-настоящему привлекает мое внимание.

«Свойства и применение крови».

В ночь, когда Икта хотел помешать мне поглощать потоки души, я рассказала ему, как Кавита отравила других девочек и как поила меня своей кровью в течение нескольких недель до отбора. Я до конца не понимала, как это у нее получилось – и почему я выжила. Теперь ответы лежат передо мной.