Судьба, начертанная кровью - Даниэль Л. Дженсен Страница 165

Я обвила шею Бьорна руками, подпитывая эту жажду. Меж ног жарко заныло, и я прижалась к Бьорну бедрами, отчаянно стремясь заглушить ужас, который грозил поглотить меня с головой.

— Докажи.

Я скорее ощутила, чем услышала, как Бьорн втянул воздух, приникла к его шее и укусила.

— Докажи, что ты хочешь именно меня.

Я скользнула ладонью по его груди, по рельефному животу и накрыла его плоть. Бьорн застонал, а я погладила его, и внизу живота разлился жгучий жар.

— Возьми меня.

— Фрея, не здесь. – Бьорн перехватил мое запястье и прижал его к стене. – Не так.

Меня захлестнула досада.

— Да почему?! – вспыхнула я, целуя Бьорна, кусая до крови, и его стон боли и наслаждения распалил мою жажду. – Из-за твоего отца?

— Фрея…

— Он меня не брал. И никогда не возьмет.

Сквозь пелену желания прорвался шок, ведь я дала клятву никому не раскрывать наш со Снорри уговор. Но над моим языком будто властвовала другая я. Та, кто скажет что угодно, сделает что угодно, лишь бы получить желаемое. В груди расцвел страх, но та, другая, была сильнее.

Она поцеловала Бьорна так яростно, что мы стукнулись зубами.

— Наш брак – чушь, обман. – Она провела ногтями моей свободной руки по его спине. – Мы с Ильвой заключили договор. Что он никогда меня не коснется, а я взамен буду всем лгать. Но боги знают правду, Бьорн. Я свободная женщина.

Величайшая ложь, но та, другая, ее все же произнесла.

— Тогда сбеги со мной. – Бьорн скользнул ладонью вверх по моим ребрам и сжал грудь. – Прямо сейчас. Как только мы окажемся в безопасности, я дам тебе все, что пожелаешь, Фрея. Клянусь.

Та, другая, хотела сказать «да». Но под покровом снедающей меня жгучей жажды, даже алчности, вопил более привычный голос: «Ты не можешь их бросить!»

— Моя семья, – вырвалось меж отчаянных поцелуев, с которыми я скользила руками по телу Бьорна. – Если я сбегу, Снорри на них отыграется.

— Тогда, может, им стоило относиться к тебе получше. – Бьорн коснулся губами моего подбородка, затем шеи. – Гейр сам вырыл себе могилу.

«Он прав, – шептал новый голос. – Они только и делали, что тебя использовали». А старый, знакомый молил: «За твою защиту не должна быть назначена плата!»

— Я не могу сбежать, – с трудом прохрипела я, словно мое же собственное горло пыталось задушить эти слова, а язык – их исказить.

— Тогда у нас ничего не выйдет. – Бьорн высвободился из моих рук, отступив на шаг, и прижался спиной к стене дома напротив. – Я не стану, Фрея. Не стану шоркаться с тобой по углам, изо дня в день жить во лжи, глядя, как тебя уродует власть моего отца. Либо ты будешь моей полностью, либо никак.

В груди вскипела ярость, чистейшая злоба, что Бьорн посмел мне отказать в желаемом.

— Если так хочешь, чтобы я вышла из тени твоего отца, может, возьмешь яйца в кулак и избавишься от него сам?

Бьорн вздрогнул.

— Что, кишка тонка? – прошипела я, и часть меня, похороненная глубоко внутри, пришла в ужас от слов, что срывались с моих губ.

Бьорн долго молчал.

— У тебя глаза красные, Фрея. Такие же, как когда ты влетела в Гриндиль.

Горящие багровым огнем.

Гнев утонул в волне отвращения и тошноты, я отшатнулась и рухнула на колени.

— Прости. – Я впилась ногтями в землю.

— Так что же ты хочешь, чтобы я сделал? – спросил Бьорн с откровенной тревогой.