Ангел со сковородкой - Галина Гончарова Страница 171

И уже с улицы доносится звук мощного удара.

Х-хрясь!

Понятно, к окну бросились все. По дороге и на Гарази наступили, раза четыре или пять.

Аитор лежал под окном, и двое мужчин крепко увязывали ему руки.

— Полиция, – один из них показал жетон, второй рукой придерживая тушку Аитора. – Эн Арройо оставил нас тут, ну и… смотрим – зашумели. Мы – на помощь.

— Слава Богам! – энна Виктория сползла на пол и принялась ощупывать дочь.

— Арбалет! – взвизгнула энна Абриль.

Мужчина положил его на подоконник – и протянул вперед руки.

— Эн Арройо, говорите? Пусть приезжает, я бежать не буду. У меня есть право на месть.

Блеснул серебряный жетон, полицейские переглянулись.

— Вы, эн, тогда сядьте в столовой, да и посидите ладком. А эн Арройо уже едет.

— Вот и отлично, – убийца решительно направился к столу. – Что у вас на завтрак? А то я проголодался. Или уже нет?

Хуан под столом, лужа под Хуаном и запах от них обоих отбили аппетит у всех присутствующих.

— Кролик, – процедила энна Абриль[28].

— Ык, – авторитетно подтвердил ее супруг.

* * *

Корабль приставал к причалу.

Даже Ангелина оценила. И палубу, и обводы, и паруса – красиво!

Наверное, на таком плавал некогда капитан Грей. Или капитан Блад… вот так она себе «Арабеллу» в детстве и представляла!

Мощь, стремительность, громада белых парусов и неожиданное для такой махины изящество.

Моника замерла столбиком на пристани. Смотрела во все глаза.

А потом корабль ловко притерся боком к старому дереву, полетели с него вниз сходни, и по ним неожиданно ловко стал спускаться мужчина. Моника так впилась в него глазами, что дальше и спрашивать не стоило – Альваро. Ангелина прищурилась.

Не красавец.

Лицо среднее, рост тоже средний, Ангелине он чуть повыше плеча придется, темные с проседью волосы коротко острижены, глаза темные, спокойные, несколько небольших шрамов – над бровью и второй, ближе к виску, его не портят, но и не сильно украшают. Кожа смуглая, как писалось в каком-то романе: «выдубленная всеми ветрами».

Морщинки, плотно сжатые губы.

Но его взгляд сразу нашел Монику – и они не отпускали друг друга глазами. А потом подруга бросилась вперед – и повисла у мужчины на шее. И расплакалась.

А Альваро гладил ее по волосам и прижимал к себе, и Ангелина даже самую чуточку позавидовала. Так он на нее смотрел, с такой нежностью… и коснулся губами темной макушки, и лицо у него стало счастливым… словно мужчина вдруг засветился изнутри.

Невероятным красавцем он от этого не стал, но… это не о внешности. Это о проходящих мимо женщинах, которые вдруг невольно расправили плечи, даже Ангелину потянуло. Это об уколе зависти – есть ведь любовь на свете! Настоящая! И кому-то везет! Просто искать надо. Искать, ждать, любить.

Потому что Моника тоже подняла к мужу лицо и смотрела на него невероятно счастливыми глазами. И уже мужчинам оставалось только завидовать. Чтобы на тебя ТАК смотрели?

Смотрели, ждали, любили… Ангелина четко понимала, случись что в море, Моника все равно ждала бы. Год, два, десять, сорок… и так же кинулась бы на шею.

Потому что любит.

Вот такого, какой есть. И не променяет на сорок бочек молодых красавцев. Даже и не заметит их вовсе – зачем? У нее любимый муж есть.

И для него она сияет, и светится, и улыбается по-настоящему. Она и так-то красавица, а рядом с мужем от нее вообще глаз не отвести. Но это рядом с ним.