Тысячи осеней. Том 1 - Мэн Сиши Страница 18

Судя по удивлению на лице Шэнь Цяо, о том, зачем они собрались в Ечэн, он слышит впервые. И никак не ожидал, что его пошлют убивать женщин и детей.

— Осмелюсь спросить, шисюн, каково происхождение школы Обоюдной Радости? И в чем причина нашей ненависти к Янь Чживэню?

Юй Шэнъянь запоздало спохватился, что его подопечный совершенно забыл о раскладе сил в цзянху, поэтому бросился вкладывать в голову Шэнь Цяо нужные сведения:

— У Чистой Луны, Обоюдной Радости и Зеркала Дхармы общий исток: все мы произошли от школы Солнца и Луны с острова Фэнлинь. Можно сказать, когда она распалась, от нее пошли три новые ветви. Справедливости ради, имея общее прошлое, мы должны держаться вместе, да только каждый желал одержать верх и встать во главе нового объединения, названного школой Мудрости. Больше всех жаждала власти школа Обоюдной Радости и ее глава Юань Сюсю. Ученики этой женщины во всем уподобляются наставнице: тоже ставят на красоту и всячески пользуются ею, дабы достичь желаемого. Впрочем, в боевых искусствах они никому не уступят – лучше держаться от них подальше. Тебе стоит знать, что у этой Юань Сюсю есть любовник по имени Сан Цзинсин, и некогда он был учеником почтеннейшего Цуй Ювана. Так вот, целыми днями эта парочка изменщиков только тем и занята, что строит козни. И когда наш учитель ушел на десять лет в затвор, они не преминули воспользоваться этой возможностью, нацелившись поглотить Чистую Луну.

Выслушав объяснения, Шэнь Цяо согласно кивнул, однако вздумал возражать:

— Но если Янь Чживэнь в школе Обоюдной Радости всего лишь мастер средней руки, да еще и чиновник на службе империи Ци, нетрудно догадаться, что лично он никогда не чинил неприятностей школе Чистой Луны. Почему же учитель вознамерился его убить?

Юй Шэнъянь криво ухмыльнулся:

— Тебя так послушаешь, шиди, и ненароком решишь, что от тяжких ран ты совсем зайчиком стал – невинным, белым и пушистым! У Янь Чживэня особое положение, и до сих пор он использовал чиновничью службу как прикрытие. Мало кто знает, что он из школы Обоюдной Радости. Избавиться от него – все равно что курицу убить на глазах у обезьян: его смерть послужит другим в назидание и ужаснет врагов. Это во-первых. А во-вторых, так школа Обоюдной Радости поймет, насколько мы осведомлены об их делишках, и уж точно не посмеет наглеть дальше.

В-третьих, пока учитель пребывал в затворе, они упорно нам досаждали, и теперь, когда учитель вернулся, нам никак нельзя не отплатить им той же монетой. А иначе в цзянху решат, что школа Чистой Луны слаба и больше не способна за себя постоять. А ведь это не так! Да будет тебе известно, что после смерти достопочтенного Цуй Ювана школа Чистой Луны была самой могучей из трех ветвей, вышедших из школы Солнца и Луны, превосходила во всем две другие ветви и надеялась со временем объединить адептов неправедного пути под крылом школы Мудрости. Однако наш учитель был ранен, ему пришлось уйти в затвор, и школа Обоюдной Радости вздумала захватить власть…

— А что же школа Зеркала Дхармы? – припомнил Шэнь Цяо. – Разве они нам не досаждали?

— Дело в том, что из всех трех ветвей много адептов только у школы Обоюдной Радости, так что на их стороне численный перевес. И Зеркало Дхармы, и Чистая Луна по сравнению с ними малочисленны, – продолжал Юй Шэнъянь. – К тому же ученики этих школ разошлись по всей Поднебесной. Каждый действует самостоятельно, и собираться вместе обычно нет нужды. Так, учитель, выйдя из затвора, уведомил об этом лишь меня, вот я и примчался на его зов. А что до тебя… – скрывая неловкость, он кашлянул. – Ты узнал об учителе лишь потому, что тебя ранили адепты Обоюдной Радости, и он распоряжался на твой счет. В общем и целом, пускай и нельзя утверждать, что все три ветви живут в мире и согласии, но постоянно мутит воду только школа Обоюдной Радости, и в этом они дошли до крайности.