Дом Вечности - Мара Вульф Страница 181

Да, именно так я себя чувствовала, когда взмыла в небо на Икаре. Словно вершится магия. Позволит ли Аттикус еще раз полетать на нем? Он не сможет запретить, если, конечно, Икар снова выберет меня.

— А что конкретно тебе задали? – сонно спрашивает Джуна.

— Только никому не рассказывайте.

— Никому, – обещает Никос за всех, потом садится и отпивает воду.

— Хорошо. Целители уже несколько лет пытаются вернуть камням времени форму лент. Тогда их снова можно будет использовать в хронотрубах. Конечно, эти камни нужны нам для лекарств, но ходят слухи, что в архивах уже все комнаты ими забиты. Если получится вернуть им форму чистого времени, это было бы круто. Нам больше не пришлось бы забирать его у людей.

Никос сразу напрягается:

— Это слишком опасно. Никто не знает, как быстро древнее время снова превратится в камень. А это может разрушить каналы.

— Ты слышал об экспериментах? – Уиллоу хмурится. – Это же секрет. Эстия не хочет, чтобы кто-то узнал, пока мы не найдем решение.

Я смотрю на Никоса, когда он спрашивает:

— У тебя получилось?

Уиллоу кивает так резко, что кудри падают ей на лицо.

— Да, это состояние сохранялось недолго, но на мгновение камень стал жидким временем. Правда, это был совсем крошечный камешек, но по мере того, как он превращался в чистое, незапятнанное время, он кружился и сиял, будто танцевал в стекле. Образовывал водовороты и напевал. Это было невероятно красивое зрелище, как будто я освободила его из плена. – Мы с благоговением вслушиваемся в ее слова. Она машет руками в воздухе, вспоминая тот миг. – И даже пахло иначе. Прошлым, настоящим и будущим.

— Исцеленное время, – шепчет Никос.

— Так это называется? – удивленно спрашиваю я, но не получаю ответа. Никогда раньше о таком не слышала.

— Как долго оно продержалось в таком виде? – интересуется он.

— Всего несколько секунд, – с сожалением отвечает Уиллоу и складывает руки на коленях. – Оно не превратилось обратно в камень, а стало вязкой, странной массой. Но это первый шаг. Если продолжим исследования…

— Я бы не советовал, – перебивает ее Никос. – Это время истекло. Оно испорчено. Жаль, что Эстия вас на это настраивает. Петрос никогда не позволит запускать в систему искусственное время и вредить нашей работе.

Не знаю, сколько лет Верховному Хронометристу, но он всегда пугает меня. Крошечный, утопающий в своей мантии часовщика человечек с тонкой, как пергамент, кожей.

— Это не фантазии, – с обидой возражает Уиллоу. – А ты что весь день делал? Полировал временные каналы? – Такое грубое поведение совсем не в ее стиле. Но она по праву гордится своей работой, и несправедливо осуждать ее за это. Эстия знает, что делает.

— Я пытался рассчитать, насколько плотно нужно соткать ткань времени, чтобы тоннель был стабилен, – отвечает он, будто это в порядке вещей. – Проще говоря, возможно ли в теории стабилизировать временной тоннель, потратив при этом значительно меньше времени, чем раньше.

Джуна и Уиллоу смотрят на него так, будто у него вырос рог на голове, хотя должны уже знать, на что он способен.

— И что? Это возможно? – спрашиваю я. Значит, именно ради этого он провел эксперимент с каналом, который нашел. Так похоже на него.

— Теоретически возможно все. Когда проходишь через тоннель времени, время внутри настолько искривляется, что ты за доли секунды словно попадаешь в другой мир. Все это работает только благодаря плотности времени в структуре тоннеля.