Король старьевщиков - Кассандра Клэр Страница 199

— Не было никакого огня. Когда я вошел, отец спокойно сидел в своем кресле. Все было как обычно, кроме… – Он смолк на несколько секунд. – Мне нужно знать, Лин. Он что-то сделал тебе?

— Нет, – ответила Лин. Когда она покачала головой, рыжие пряди рассыпались. Как неприлично сидеть перед принцем простоволосой. – Ничего подобного. Значит, пожара не было… Но даже если это была иллюзия, ее создал король.

— Он не маг, Лин. Не чародей древних времен, просто король. – Конор говорил мягко, спокойно.

— И все же здесь действует какая-то магия. Его болезнь – не простое недомогание, я говорила вам. Я в этом уверена…

«Потому что мой камень-источник ожил». Но она не могла этого сказать. «Потому что короли Малгаси владеют настоящей магией». И этого она тоже не могла ему сказать. Она в раздражении прикусила губу.

— Вам известно о том, что произошло с вашим отцом в юности? При дворе Малгаси? Он уехал оттуда…

— Он бежал, – поправил ее Конор. – И никогда не рассказывал о годах, проведенных в этой стране.

Его рука задержалась в ее волосах, он перебирал в пальцах багрово-рыжие локоны. Следил за ней краем глаза, словно ждал, что она отодвинется, но Лин не пошевелилась бы сейчас даже за все сокровища мира.

— Почему ты спрашиваешь меня о Малгаси? Из-за Фаустена?

— Дело не только в Фаустене. Когда ваш отец расстроен или взволнован, он говорит на малгасийском языке. Ясно, что его душа страдает от какой-то раны, полученной в прошлом, от воспоминаний о жизни в Фаваре…

Конор нахмурился.

— Когда я нашел тебя, – произнес он, – ты бормотала на малгасийском. «Atma, atma, sur az koval». Я не знал, что ты говоришь на этом языке.

— Не говорю, – ответила Лин. – Что означают эти слова?

— «Огонь, огонь, кровь и клетка».

— Кровь и клетка, – повторила Лин. – Что же они с ним сделали?

Камень снова обжег ее – как будто к ее руке поднесли зажженную спичку. Она поморщилась.

Конор сел прямо.

— Тебе нехорошо, ты пострадала, – произнес он почти обвиняющим тоном. – Лин, если болезнь короля вызвана магией, каким-то проклятием, это слишком опасно. Мне не следовало просить тебя о помощи, приводить тебя к нему.

— Вы же не знали, – возразила Лин. – И я не пострадала… Конор.

Но он уже поднялся на ноги, провел рукой по волосам, задел корону и чуть не уронил ее.

— Нельзя было позволять тебе приходить к нему одной, – продолжал он. – Но я хотел, чтобы ты появилась на площади. Хотел, чтобы ты увидела меня с Анжеликой. Я хотел, чтобы ты… – Он взмахнул рукой, ударил кулаком по комоду, и ящики загремели. – Не следовало мне просить тебя решать проблему, которую должен решать я и только я.

— Вы не просили, – ответила Лин, и хотя она произнесла эти слова беззлобно, он вздрогнул.

— Ты имеешь в виду мой официальный приказ. – Он с такой силой сжал руку в кулак, что она подумала: наверное, кольца больно впиваются ему в пальцы. – Так вот, я отменяю его. Ты больше не обязана выполнять мои требования, Лин Кастер. Я освобождаю тебя от обязанности исцелять короля, молчать о его болезни и от любых других обязательств передо мной…

Лин встала с кровати. Она думала, что зашатается, но, к счастью, дурнота прошла.

— А что с моими обязательствами перед пациентом? Я хочу помочь вашему отцу. Исцелить его. Это моя работа.

— Ты узнала о его болезни и пришла к нему только потому, что я потребовал этого, – напомнил Конор.