Тысячи осеней. Том 1 - Мэн Сиши Страница 201

— Вот пойдешь к нему и сам все узнаешь, – отмахнулся Демонический Владыка. – Заодно я хочу, чтобы ты сделал кое-что для меня.

Шэнь Цяо в знак несогласия покачал головой:

— Если придется попрать все законы земные и небесные, я ничем не смогу вам помочь.

— О чем ты? – как будто удивился Янь Уши и, протянув руку, провел пальцами по лицу подопечного, несколько задержавшись на его губах. Отвернуться Шэнь Цяо не успел, отчего прикосновение получилось слишком долгим, и губы от него несколько порозовели. Янь Уши же, не обращая на это никакого внимания, тем временем продолжал:

— Помнится, при царствах Цинь и Хань гора Сюаньду процветала. Если верить слухам, первым настоятелем вашей обители стал странствующий даос, освоивший искусство предсказания срока жизни по голосу. Сама Сюй Фу некогда училась у него.

На это Шэнь Цяо вежливо посмеялся и возразил:

— В миру любят раздувать слухи о нашей обители. К сожалению, мне неизвестно, была ли какая-либо связь между женщиной-тинхоу и основателем школы Сюаньду. Умение гадать по наружности – одно из главных даосских искусств, доступное всем. Предсказание срока жизни по голосу – навык более сложный и редкий, впрочем, не такой уж удивительный. Как известно, голос исходит из тела, и, если то страдает каким-либо недугом, это обязательно скажется на голосе. К примеру, при избытке огня в легких он становится хриплым и глубоким, слышится свист, какой издают ручные меха. Если совершенствующийся сколько-нибудь смыслит в боевых искусствах и медицине, ему не составит труда догадаться, в чем тут дело.

По его объяснениям Янь Уши понял, что Шэнь Цяо и в самом деле владеет этим умением.

— Тогда я хочу, чтобы ты послушал голос Юйвэнь Юна.

Шэнь Цяо в удивлении свел брови:

— Думается, при дворе чжоуского императора хватает искусных лекарей. К тому же во врачевании важнее всего смотреть, слушать, опрашивать и прощупывать пульс. Не может быть, чтобы ни один придворный лекарь не заметил недуг самого императора! Боюсь, от меня не будет большого проку – в предсказании срока жизни по голосу я не слишком-то хорош.

— Дело в том, что в молодости Юйвэнь Юн стал свидетелем того, как Юйвэнь Ху подкупил придворного лекаря, дабы тот подмешал яд в пищу иль питье Юйвэнь Юя, – пояснил Янь Уши. – С тех пор наш император всячески скрывает болезни и отказывается принимать у себя целителей. По своей воле он ни за что не допустит, чтобы его осматривал и лечил придворный лекарь. Однако вот уже сколько лет император днями и ночами поглощен заботами о государстве, и запущенные болезни в нем уже укоренились. Боюсь, тело его получило существенные повреждения. Безусловно, некоторые соображения на этот счет у меня имеются, но я хочу, чтобы и ты послушал его.

Подумав над сказанным немного, Шэнь Цяо чуть кивнул:

— Сделаю как пожелаете.

Получив его согласие, Янь Уши расплылся в улыбке:

— Мой А-Цяо – лучше всех!

Заслышав очередное «А-Цяо», Шэнь Цяо застыл с каменным лицом.

Увидев, что тот опять отдалился, Янь Уши вдруг объявил:

— У меня есть для тебя подарок, – и хлопнул в ладоши. Кто-то из служанок поспешил заглянуть в комнату.

— Какие будут приказания, хозяин?

— Принеси сюда тот короб с мечом, что хранится у меня в кабинете.

Служанка кивнула, поспешила удалиться и вскоре вернулась с требуемым коробом. Она подавала его почтительно, вытянув обе руки.