Заброшка - Эра Думер Страница 205

— «Уподобившись милосердному создателю, пусть руки держит открытыми, направляя левую к поднятой левой ноге, правую пусть сложит в жесте успокоения, – по памяти зачитал Джа-и, – сделавшись благодетелем, должен заложить голову меж созиданием и разрушением он, символизируя беспристрастие непоколебимой силы, энергии, что питает космос. Да будет он окружен извечным сиянием, в защитном световом шаре, закольцованный в состоянии вечного сна и сна без грез. Он должен в волосах иметь дурманный цветок, дарующий вечное блаженство, а запястья и лодыжки его должны обвить змеи, как символ бессмертия. Тогда лицо его, милосердного разрушителя, должно изображать торжество и гнев, страдание и вожделение. Пусть он коронует себя венком из восьми лучей; тогда ему откроется Угасание».

— Дайес Лебье прочитал нам тоже самое с каких-то древних свитков. Но я не пойму, что к чему.

— И не нужно понимать. Танец бога – всего лишь метафора. Защитный световой шар – это мир-табула, который я по-быстрому собрал на Земле и создал тут банк памяти, который некоторое время защищал Яна от вторжения Эйн-Соф. По факту, мы в мире грез. Мы все спим, ясненько?

Капец. На Ро-Куро тоже много чего было связано со сном – это «приятельница» Аматэрасу так на Джа-и повлияла? Ну хотя бы ясно. Я кивнула.

— Далее – дурманный цветок, ни что иное, как магическая брошь, которую глава Школы Порядка отдал сыну еще в детстве. Он нашел ее неиспользованную, с одним патроном, начиненным исполнением заветного желания. Безделушка не всесильна, но она исполняет мечты без цензуры. Потому Фурина, сама того не ведая, впустила в нашу табулу Эйн-Соф. – Джа-и выпустил дым. – Змеи, символизирующие бесконечность, это вы с Кощеем. Вы пришли из внешнего мира, а значит, у Януса начались приключения по-крупному. Вы его проводники, как он был твоим проводником на Земле. Понятно теперь?

— Мы должны были ускорить процесс. Показать ему старый мир… – между моих бровей залегла морщинка от раздумий.

— Да, потому что зло не дремлет, мать его.

Меня осенило, я покачала ладонями:

— Погоди-погоди. То есть ты спецом ускорил деградацию, потому что из Нирваны перегрузить Яна проще?

Ветерок направил ядовитый дым на меня. Я замахала перед носом и услышала глубокий голос:

— «Уподобившись пожирателю миров, левой рукой он разожжет пламя погибели; правой же возьмется за оружие. Оружие его, подобно сабле карающей богини, отсечет голову мирскую, тогда он вернет ясное видение демиурга. Сделает все, как говорю я, пересечет Океан Бытия и Джунгли Мира и покинет Нирвану». – Демиург потер смуглый нос. – Брошь – не оружие. Посох – не оружие, Всесоздатель упаси, – пробормотал, – кто вообще дерется палкой?

Я удержалась от очевидного ответа: «ты».

— Не, это все брехня собачья.

— Каков ответ? – нетерпеливо спросила я. – Почему у Чернобога сработал знак оружия рядом с брошью?

— С брошью ли? – протянул Джа-и и закурил по-новой.

Я только рот открыла, как на весь лес раздался вопль раздосадованной Эйн-Соф.

— Не получается! – бесилась гендир. Она начала нас искать: – Эй, где это вы? Что вы задумали?

— Вот блин. Она идет сюда. – Я заметалась. – Тебе долго еще?

— Сколько надо.

Нервно кусая ноготь, я бродила из стороны в сторону, поглядывая на манипуляции демиурга и мысленно подгоняя его. Эйн-Соф приближалась к нам, и спокойными были все от коматозного Яна до Джа-и, одна только я трухнула и в последний момент решила вылезти, чтобы отвлечь врага на себя. Стоило мне пересечь красную линию, чтобы обратить внимание Эйн-Соф, кто-то подкрался сзади и обвил руками талию, сладко протянув на ухо: