Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко Страница 21

Для всех, кроме Збышека.

Улица закончилась, и Лесь, мигнув поворотником, свернул направо. Передняя подвеска печально хрустнула, рулевая колонка отозвалась болезненной дрожью, и Лесь вскинулся.

— О! Ты слышишь? Слышишь?

— Ага. Подвеска хрустит.

— И руль трясется, как сучка, — Лесь хлопнул ладонями по вытертому плюшу. — Кажется, рулевым хана.

— Предсказуемо. Думаю, дед их вообще не менял.

— Деду, если я правильно помню, за девяносто было. Ну какие, нафиг, замены? — Лесь, приметив на дороге солидных размеров выбоину, направил машину прямо на нее.

— Эй! Смотри, куда… Уй, е-е-е… — Збышек скривился, словно от зубной боли. Несчастная «виська», натужно ухнув, въехала в колдобину. — Ну, хоть тормоза проверили…

Лесь, склонив голову набок, впитывал ощущения и звуки. Скрип, мучительный скрежет подвески, вибрация, крупной дрожью ползущая от колес… Руль повело, и Лесь ухватился покрепче, выравнивая машину.

— Да, рулевым трындец, — уверенно подтвердил он. — И шаровые сдохли.

— Почему именно шаровые? — скептически нахмурился Збышек. — Я тебе десяток проблем могу назвать, которые точно такую же картину дадут.

— Во-первых, не десяток, — голосом усталого учителя протянул Лесь. — А во-вторых, у «висек» шаровые слабое место. Конструктивная особенность.

— Это не конструктивная особенность. Это конструктивная лажа, — Збышек с глубокой неприязнью посмотрел на приборную панель несчастной «виськи». — Выкидыш автопрома, прости господи.

— Не ругай бабушку. Она старается, — Лесь ободряюще похлопал машину по рулевой колонке. — И вообще, кончай нудеть. Могло быть намного хуже.

— Это да. Могло быть и хуже, — признал Збышек. — Я думал, мы прямо у ворот заглохнем.

— Чего вдруг? Я же говорил тебе, что машина на ходу.

— Ну, мало ли что ты там говорил. Глазам я, знаешь ли, верю больше, чем словам.

— И все, что не похоже на «Хорьх», автоматически считаешь непригодным к использованию, — не удержался от шпильки Лесь.

— Да ничего такого я не считаю! — тут же ушел в оборону смутившийся Збышек. — Просто… Господи! Ну ты ведь тоже ей под капот заглядывал!

— Заглядывал. И ничего страшного не увидел. Отличная машина — для ее возраста, — Лесь, снова повернув, неспешно выполз на параллельную улицу. Мимо них проехал новенький «тартик», похожий на кругленького черного жучка. Блондиночка за рулем удивленно поглядела на машину, подняла глаза — и увидела Збышека. На круглом личике тут же расцвела кокетливая улыбка.

— О! Твоя клиентка! — Лесь, осклабившись, помахал блондинке рукой. — Мне притормозить или как? Подойдешь, поздороваешься…

Он действительно начал сбрасывать скорость, и «тартик» тоже замедлился, девушка напряженно вывернулась, провожая старую «Вислу» взглядом.

— Ну точно твоя клиентка, — с плохо скрываемым злорадством протянул Лесь. — Зачем в зеркала смотреть, если можно голову повернуть?

Збышек как магнитом притягивал к себе девушек определенного типажа — красивых, веселых и глупых, как бабочки. Они порхали вокруг, посыпая все радужной пыльцой восторженной влюбленности, и Леся от этой пыльцы тянуло блевать.

Может, потому, что у него была аллергия на жизнерадостных идиоток. А может, потому, что эти идиотки не обращали на него внимания. В мире порхающих фей Лех Нейман значил чуть меньше, чем мебель. Потому что на стул хотя бы сесть можно — а с Неймана что взять?