Стена копий - Брэдли Бэлью Страница 211

Но молчание долго не продлилось.

— Нужно возвращаться. – Сумейя обернулась к Дардзаде у руля. – Нужно возвращаться!

— Мы не можем, – проговорила Чеда, сидевшая прислонившись к борту. Но Сумейя ее словно не слышала.

— Если мы вернемся сейчас, то сможем все рассказать до того, как отец настроит Обитель Дев против нас.

— Нельзя, – возразила Чеда.

— Возвращаемся! – Сумейя вскочила, ткнула пальцем в Дардзаду, положив вторую руку на рукоять сабли. – Разворачивай ялик.

Дардзада равнодушно глянул на нее и снова отвернулся к горизонту.

— Разворачивай! – громко прохрипела она и попыталась достать саблю, но Чеда схватила ее за запястье.

— Мы возвращаемся в тринадцатое племя, поможем им сражаться с Онуром.

Сумейя разъярилась. Она якобы снова попыталась вытащить шамшир, с силой дернув его, но это была ловушка: вместо этого она оттолкнула Чеду и ударила ногой в грудь.

Чеда вылетела из ялика и, неудачно приземлившись, прокатилась по песку. Поднявшись на ноги, она увидела, как Сумейя спрыгивает с борта, на ходу доставая клинок. Чеда выхватила Дочь Реки и ринулась вперед. Сталь ударила в сталь, а ялик как ни в чем не бывало шел вперед.

— Короли должны ответить за то, что наделали! – по-волчьи прорычала Сумейя между мощными ударами. – Должны все объяснить тем, кого обидели! Должны освободить асиримов!

— Они этого не сделают, – ответила Чеда, быстро, ловко отступая, не давая шамширу Сумейи себя достать.

Сумейя сражалась как ребенок, только что схвативший клинок: размахивала куда попало, в гневе и ярости, мощь ее на поверку оказалась бессилием, и наконец она остановилась, согнулась, тяжело дыша. А потом вдруг, запрокинув голову, взвыла в небо, упала на колени и долго бушевала, снова и снова рубя тело пустыни. Песок разлетался от нее дугой, пока она не выдохлась.

— Проклинаю день, когда твоя тень затмила наш порог, – прошипела она, глядя на Чеду с убийственным отвращением.

— В пустыне много несправедливостей, которые нужно исправить, Сумейя. – Чеда указала на восток: – И одна из них там. Онур отрезан от остальных Королей. Он не слаб, но у него нет силы, способной остановить мое племя, если ударим быстро. – Она шагнула ближе. – Уж Короля Лени ты точно не любишь, так? Идем вместе, лишим его силы и освободим племена под его игом. А потом решим, что делать с Шарахаем.

Сумейя выглядела потерянной, но стоило ей услышать слова Чеды, как ее уверенность вернулась, вернулся командирский взгляд. Она поднялась, обернулась на восток.

— Хорошо, – прошептала она и побрела к ялику, остановившемуся неподалеку.

* * *

Они шли до самых сумерек, но все же вынуждены были остановиться. Ужинали сухарями и копченым мясом, на вкус не отличавшимся от старого седла. Пустыню этой ночью охватил холод, ветер дул беспощадно, но разводить костер было слишком опасно, поэтому пришлось им лечь с подветренной стороны ялика, завернувшись в одеяла, и мучиться всю ночь.

На рассвете, когда они уже готовы были отправляться дальше, Чеда задержала их.

— Прежде чем отправимся, мне нужно поговорить с Заидэ про Амалоса.

Сумейя и Мелис переглянулись. Дардзада нахмурился. Заидэ, отряхивавшая одеяло от песка, замерла: она знала, что этот миг однажды настанет.

— Зачем ворошить прошлое?

Чеда открыла рот.

— Как ты можешь говорить такое, когда история нашего племени едва не осталась похоронена в пустыне?!