Призрачная кровь 6 - Елена Шатилова Страница 22

— Но работать в этом направлении всё же нужно. Но не сейчас других дел хватает, дорогой наш гений, — Пётр Михайлович улыбнулся и попросил продолжить работу.

Когда я закончила матрицу и под пристальным взглядом Сотникова «активировала» дар Менталиста, думала, рабочий день закончен. Но нет, он потащил меня на полигон и ещё три часа учил им пользоваться. Да, местами было полезно, но Пётр Михайлович совсем не хотел воспринимать, то, что я ему говорила: принцип работы у всех даров один и уже умею пользоваться и этим даром. Я говорила не с высоты моего опыта, так и было. Пришлось доказывать.

В итоге он успокоился, только когда я показала, что могу защищаться от ментальных атак на достаточном уровне. Они, с помощниками, теми, у которых мы копировали матрицы даров, бомбили меня в течении нескольких минут.

— Вот я ещё что хотел спросить. Как вы думаете, есть разница между родным и внедрённым даром? — я ждала этот вопрос от него.

— Скорей всего да. Родной, который мы получаем в детстве, должен быть основным и самым сильным. И не удивлюсь, если сравнить дары у разных магов, то они, даже на одном уровне сети будут отличаться. Со вторым не скажу. Да и сравнить нет возможности, да и смысла.

— Ясно. Это непраздный интерес. Хотелось знать, есть ли у нас приоритет, — я видела, что Пётр Михайлович доволен ответом.

Мне иногда казалось, что он реально готовится к войне и не с тварями, а именно с людьми. И от этого становилось страшно. Я здесь мало времени живу и совсем не знаю положение дел в мире. Вдруг реально что-то назревает, а я сижу тут свои планы строю, которым не суждено сбыться. Закрутит меня в события и окажусь в эпицентре, даже не поняв этого.

Ладно, хватит надумывать. Сейчас на отдых и завтра опять делать привычную работу.

* * *

В академию я вернулась в отличном настроении, соскучилась немного. Особенно по Михаилу. Неожиданно увидела несколько писем от него, которые ждали вместе с другой корреспонденцией. Парень не стал больше вымаливать прощения, а просто рассказывал про жизнь, словно мы беседовали наедине.

Я читала, улыбалась. Миша — хороший рассказчик. Молодец, что сказать, нашёл верный способ меня вернуть. Не знает, негодник, что я никуда и не собиралась уходить.

Приехали мы чуть раньше, поэтому осталось время забежать к Рокотову. Ректор меня ждал, хотя не было гарантии, что я успею.

Когда я зашла, быстро налил кофе, выставил бутерброды и стал делиться новостями и проговаривать задачи.

— Ответьте ему, как отец прошу. Места себе не находит, — неожиданно переключился на личные проблемы.

— Думаете, стоит? Я понимаю, не имею права диктовать, как ему жить, но если вы решили заранее нас сводить, то озаботьтесь моим душевным спокойствием. Нельзя со мной так. Я хоть и молоденькая девушка, но тоже имею чувства, — не удержалась и проглотила образовавшийся комок в горле.

— Он обещал мне, что больше не огорчит вас, Анастасия Павловна.

— Хорошо, сегодня же отвечу на письмо, но общаться, пока не готова, — промариную его на расстоянии, дальше будет проще.

Решив «семейные» проблемы, мы отправились на полигон.

* * *

Вечером, посидев за чаем с подругами, и на волне их романтических историй, ушла писать письмо Михаилу. Так хотелось написать всякой любовной чуши, но держала себя в руках. Всё равно получилось излишне тепло. Ладно, задача была дать ему надежду, я её дала.