Всадник дракона - Таран Матару Страница 225

Джай спотыкаясь подошел к Фриде и опустился рядом с ней на колени, убрав волосы с ее лица.

Девушка была невероятно худой, и он сначала подумал, что ее подменили одной из женщин борделя. Ее глаза были впавшими, а кожа лица настолько бледной, что под ней виднелась паутинка синих жилок. Когда Джай прикоснулся к коже девушки, та оказалась сухой и тонкой, как рисовая бумага.

Это была она. Но… не совсем она.

— Фрида, – прошептал Джай. Затем он позвал: – Эрика!

Девушка замолчала всего на мгновение, а затем продолжила бормотать.

Данский язык, если он правильно догадался. Эрика сейчас находилась не здесь. Она бредила.

Джай поднял ее и осторожно уложил в седло Нави. Он взвалил на плечо свой рюкзак, благодарный ему за то, что тот смягчил удар, когда он врезался в деревья.

Юноша не мог позволить себе ждать. Ему нужно было знать, услышали ли стражники шум битвы, приближались ли они. Вознесся он или нет, у него почти не было маны, и Фрида ничем не могла помочь. Все четверо были ранены и измождены.

Грудь юноши была обожжена, но не мешала ему двигаться. Бред Фриды, или скорее Эрики, означал, что та ничем ему не поможет. А Уинтер… Уинтер была изрезана, избита и ушиблена в десятках мест, ее хвост безжизненно свисал.

Джай не мог сейчас идти на запад. Особенно когда там был Магнус и десятки конных разведчиков, готовых преследовать их по пути к Кашмирской дороге. Юноша сомневался, что они с Фридой справятся с двадцатью обученными легионерами, даже если у них будет время пополнить запасы маны.

У него было два варианта. Первый – дождаться, чтобы узнать, кто выжил в битве. Поставить на старого ветерана и надеяться, что они отправятся на запад под его защитой… вместо того, чтобы умереть жестокой смертью от рук Магнуса.

Или же они могли сбежать на восток через Портикус. Углубиться в территорию степных народов, куда не осмелится последовать ни одна небольшая имперская армия. На необъятных просторах Великой степи они бы исчезли, имея достаточное преимущество.

Что еще? Он начал впадать в панику, потому что битва затихла. Нужно было сделать выбор. Сейчас.

Джай вернулся к телу Беверли и, вытащив свой меч, вложил его в ножны, предварительно вытерев о ее рубашку. Затем подобрал ключи с пояса женщины.

На мгновение Джай уставился на Фриду. Жаль, что он не мог спросить ее, чего она хотела. Впрочем, в глубине души он знал, что та ответит.

Если направиться к Кашмирской дороге или к какому-нибудь горному перевалу, то пройдет много месяцев, прежде чем они доберутся до границы с Данском. Девушка никогда не простит, если он выберет более безопасный, но длинный путь. Она хотела вернуться к своему народу, чтобы возглавить людей в этот трудный час.

Какой выбор будет более безумным, если подумать? Уйти, когда они были так близко? Остаться на вражеской территории и надеяться, что им удастся ускользнуть от преследователей?

Или же… атаковать тюрьму? Сражаться – и пробраться через ее стену.

Никто не будет ожидать нападения с запада. К тому же стражники сейчас расслаблены, ведь легион еще близко. Кто из часовых останется на посту в такую холодную ночь, наблюдая за клубами пыли, которую поднимал за собой легион?

Оба плана казались одинаково глупыми. Путешествие на запад распределяло риск на много дней и могло продлить их жизнь. А путешествие на восток… Что ж, это будет последний бой, не говоря уже о том, что он освободит худдитов.