Хозяйка «Волшебной флейты». В бегах - Анна Эристова,Ульяна Гринь Страница 23

— Ну, как тебе?

Лиза ожидала ответа с напряжённым лицом. Мне не хотелось её разочаровывать, поэтому я протянула:

— Мне нравится… но…

— Госпоже очень идёт наряд, — поспешила поддержать хозяйку Марфа. Я согласилась:

— Идёт, конечно, но чего-то не хватает.

— Может быть, браслеты на руки надо? — задумчиво спросила Лиза. — Марфа, принеси мою шкатулку.

— Барыня, я, конечно, не знаю столько, сколько вы, но украшения-то ваши все видели и знают их, — резонно возразила горничная. Я поддержала её:

— Да, Лизонька, мне бы какую-нибудь бижутерию… Не хочу бояться ещё и за твои драгоценности!

— Ох, барыня, есть у меня! На базаре покупала, у коробейников!

Марфа смотрела на Лизу, ожидая отмашки, и княжна кивнула:

— Ну, принеси. Посмотрим.

А я вдруг поняла. Ткнула пальцем в отражение своих глаз и заявила:

— Макияж! Мне нужно накраситься!

— Танюша, но это же неприлично! — всплеснула руками Лиза. — Что скажут в свете?

— Но я же играю восточную принцессу, значит, должна выглядеть как она. Глаза нужно обязательно подвести и накрасить ресницы. Эх, домой бы попасть, у меня есть тушь…

Пробормотала это и заткнулась. Незачем палиться! Тушь вызовет намного больше вопросов, чем я смогу дать ответов. Марфа снова спасла меня, вставив свои пять рублей:

— У барыни есть сурьма, помните же, барыня? Вам её тогда подарила пани Козловскаяк наряду принцессы!

Обязательно куплю девушке какую-нибудь безделушку! Умница, почти как моя Лесси! И я воскликнула:

— Сурьма — это прекрасно, это как раз то, что надо!

У меня была сурьма в моей прошлой жизни в другом мире. С её помощью можно нарисовать такие глаза, что можно будет даже раздетой ходить, всё равно все станут пялиться только на ресницы!

— Неси, Марфа, — распорядилась Лиза, но я видела, что она скептически отнеслась к этой идее. Что ж, я покажу ей, как красятся восточные принцессы.

Спустя час и бесчисленное количество неприличных слов, которые шокировали мою княжну, я наконец смогла остаться довольной своим макияжем. Сурьма из моего мира и эта, которую делали вручную, были слишком разными по текстуре и составу. Пока я приноровилась к деревянной палочке, смывала глаза дважды. Но получилось даже лучше, чем я ожидала, как раз благодаря первым, не до конца смытым слоям. Смоки айс как по учебнику! Теперь мои глаза можно было увидеть из космоса, а в сочетании с вуалью и тюрбаном они изменили меня до неузнаваемости. Таня Кленовская исчезла, а на её месте появилась принцесса Фирузé из Шехирдистана!

— Пресвятая Богиня, — прошептала Лиза, крестясь. — Это так… вызывающе-великолепно! Танюша, дорогая, я верю, что ты продержишься так несколько дней, а потом… Мы устроим бал в твою честь! Маменька пригласит градоначальника, полицмейстера, всю знать округи… Среди них обязательно будет тот, кто убил господина Черемсинова.

— Смогу ли я когда-нибудь отблагодарить тебя за всё, что ты делаешь?

Я подошла к подруге, взяла её за руки. Глаза Лизы светились искренней радостью, и она пожала мои пальцы, ответила:

— Просто вернись в свой салон, потому что мы с маменькой очень хотим увидеть второй сериаль! Судьба Анны, крепостной барышни, очень нас волнует.

Я не удержалась от смеха. Вот как, литератор Лябинский оказался прав. Его сценарий поимел успех. Но вернусь ли я в свой салон — это вопрос. Для этого нужно найти убийцу.