Глаза нефритового дракона - Анна Боронина Страница 23

Виктор улыбнулся:

— Ничего сложного, главное – соблюдать последовательность черт, тогда получится гармонично. Главное – это гармония. Хотите, научу?

Виктор достал ручку, блеснуло в свете свечей золотое перо:

— Вот только, боюсь, здесь не на чем писать.

Бумажных салфеток Лина на столе не увидела, лишь тканые, причудливо свёрнутые. Персонал ресторана явно не обрадуется, если они решат попрактиковаться на таких.

— Как чувствовала, хотела взять скетчбук, – Лина кивнула на маленькую сумочку, – но не поместился. Но у меня есть идея!

Она после недолгого колебания протянула ему руку ладонью вверх:

— Не знаю, как у вас, а мы всегда писали шпаргалки прямо на руках – надёжный способ не столько списать, сколько запомнить.

Виктор улыбнулся, огонь свечи качнулся в его тёмных глазах:

— Никогда такого не делал, пожалуй, следует выбрать какой-нибудь действительно красивый иероглиф.

Он подхватил её руку снизу, тёплые сильные пальцы слегка сжали, удерживая на весу, а ладони осторожно коснулось прохладное перо.

— Вы наверняка это знаете: все иероглифы пишутся сверху вниз. – Перо щекотно прошлось по ладони, вызывая мурашки. – И слева направо.

Чернила ложились быстрыми чёрными штрихами, едва ощутимо царапая кожу. Лина чуть дёрнула рукой, когда Виктор закончил иероглиф маленьким коротким росчерком.

— Простите, Лина. Я сделал вам больно? – Он продолжал удерживать её руку, и Лина поспешила отвести взгляд, сделав вид, что её очень интересует то, что он написал на её руке.

— Нет. Вовсе нет. Что он означает? – Она осторожно отняла руку и поднесла ладонь ближе к свечам на столе: в приглушённом свете и из-за игры теней ей казалось, что маленький чёрный рисунок шевелится.

Чернила высыхали на её руке, линии были тонкие, быстрые.

— Думаю, что небольшое исследование отвлечёт вас от грустных мыслей, – Виктор снова улыбнулся.

— Придётся не мыть руку, – в тон ему ответила Лина и рассмеялась.

— А потом попробуйте повторить. Просто возьмите тетрадь в клеточку и потренируйтесь.

Виктор улыбался, но по спине у Лины пробежал озноб, тёмный взгляд затягивал, и появилось совершенно иррациональное желание немедленно найти тетрадь и начать прописывать. Она моргнула, и наваждение пропало.

— Но ни в коем случае не красным? – Лина продолжала держать ладонь на весу, хотя чернила уже высохли.

— Считается, что если имя человека написать красным, то за ним придут демоны. Не стоит забывать и про то, что, совершая зло, мы его притягиваем и к себе. – Виктор выглядел совершенно серьёзным, и Лина даже зябко поёжилась. – Так что никаких красных иероглифов. Если только не хотите навлечь на себя различные беды.

— Они и так меня преследуют, – пробормотала Лина.

— Может быть, это знак? Как любят говорить – знак от Вселенной.

Очарование момента разрушилось, Лина нахмурилась, отодвинулась немного.

— Если бы я верила подобным знакам, меня бы здесь сейчас не было, – довольно резко отозвалась она, сцепляя пальцы и ничуть не беспокоясь, что чернила на её ладони могут размазаться.

— Простите, я обещал помочь вам отвлечься, а не портить настроение ещё больше, – повинился Виктор, едва заметным жестом подзывая официанта. – Просто я разговаривал с вашей матерью, и она так уверенно говорила о том, что вы вернётесь к живописи, что я позволил себе в это поверить.