Вечная погибель - Тигест Гирма Страница 244

— Нет, не двигай шеей. Пей, пей.

Тадж поднял голову и увидел наверху Сузеньоса.

— Что, черт подери, произошло?

С каждым глотком боль отпускала тело Кидан, но оставалась в груди. Она почувствовала, как двигаются исцеленные пальцы. Потом перестал болеть позвоночник. Зашевелились пальцы ног. Она могла двигаться. Кидан подскочила, напугав Таджа.

— Подожди. Ты все еще восстанавливаешься…

Сузеньос перепрыгнул через перила, беззвучно приземлившись. На его темных руках вздулись зеленые вены.

Голос Кидан дрожал вместе с лампочкой над ее головой. Покачиваясь, но крепко держась.

— Это не ты. Не ты.

Он наклонил голову, криво ухмыльнувшись.

Когда Кидан снова осмелилась к нему прикоснуться, он схватил и вывернул ее запястье. Она закричала.

— Йос, это я!

Он оттолкнул ее, на этот раз под всеобщие протесты и крики.

Ее освободили сильные руки Таджа.

— Какая муха тебя укусила? – бросил Тадж.

— Прошу прощения? – угрожающе переспросил Сузеньос. В его голосе промелькнула тьма.

Кидан выступила вперед.

— Кто я?

Ее голос дрожал от страха перед ответом.

Неужели дом заставил его забыть ее?

Он склонил голову.

— Кидан Адане.

Ее имя в его устах… она закрыла глаза. Слава богу. Он ее помнит.

— Дочь Махлет и Амана, девушка, которая отобрала мое законное наследство и на несколько месяцев украла мое бессмертие, а потом отдала артефакт.

Она вытаращила глаза.

— Что… нет! Кто я для тебя?

Кидан схватила его за руки, и он опять зашипел. Она не могла не прикасаться – слова не работали, и она надеялась, что ему напомнят ее руки.

Но он только сжал зубы.

Джун закрыла рот рукой, в ее глазах мелькнул ужас.

— Кидан… он…

Инико молча рассматривала Сузеньоса, отмечая перемены.

«Достучись до него. Достучись!»

Тадж крикнул:

— Если ты снова причинишь ей боль, клянусь…

— Закончи это предложение, и останешься без языка.

Гнев Сузеньоса сверкнул, словно кнут.

Тадж моргнул, открыв от изумления рот.

— Инико, – рявкнул Сузеньос. – Если она прикоснется ко мне опять, сломай ей ноги.

Прежде чем Кидан успела осознать услышанное, ее подбросило в воздух. Пока она не врезалась в чью-то грудь, остановившую падение. Инико.

Сузеньос не оглянулся – он молниеносно исчез, и по всему дому разлетелось эхо хлопнувшей двери.

Кидан вскочила на ноги.

Инико преградила ей путь.

— Отойди с…

— Хватит, – рявкнула Инико, впервые продемонстрировав истинные эмоции. – Хватит.

Кидан отшатнулась. Лицо Таджа исказилось от той же боли, той же потери.

Нет. Нет.

Кидан отвернулась от них и обратилась к дому, с решимостью глядя на свои ладони.

— Если я хлопну в ладоши, Сузеньос снова станет таким, как был.

Слова начали появляться, но растаяли, не успев сформироваться в закон.

Нет.

— Если я хлопну в ладоши, Сузеньос вернется ко мне, – сказала она громче.

Снова неудача.

«Хозяин дома не может установить новый закон, чтобы исправить последствия нарушенного».

Лицо Таджа окончательно ее добило. Смятение медленно растворилось в ошеломляющем осознании, и его карие глаза наполнились невыносимой безысходностью.

— Дом… забрал у тебя его.

«Нет! – хотела ответить она. – Я не потеряла его».

Тадж отвел взгляд и уставился на ковер, сжав кулаки.

Кидан ударила кулаком об стену. Ужасающий крик разорвал ее пополам. Дом тоже треснул надвое, отражая ее боль. Она осела на пол.