Фронтир - Яков Литвинов Страница 257

— Наверное, ты прав.

— Кстати, как тебе идея выбраться в поход на природу в конце недели на пару дней?

— Холодно же еще. И дождь может пойти.

— Ну и что?

— И правда. Давай, почему бы и нет.

— Слушай, а ты бывал в Базлуке?

— Не доводилось.

— Я сейчас собираюсь туда поехать. Мы туда периодически возим вещи, еду и чиним если что надо. Хочешь со мной?

— Поехали, мне всё равно нечем сегодня заняться, – выбора у Винсента особо и не было по долгу службы.

Закончив на суповой кухне, они отправились на один из складов Рассвета. Винсент просто тенью ходил следом за Михаилом, пока тот разбирался с грузом и накладными. Поездка была масштабной, в ней участвовали две полностью загруженных фуры, несколько грузовых автомобилей поменьше и три фургона с персоналом.

— Вы ездите без охраны? – спросил Винсент Михаила, который сидел за рулем первой машины в колонне.

— Да. Благотворительные миссии от БЛК или Церкви обычно ездят с вооруженной охраной, да и некоторые другие руководители поездки из Рассвета нанимают охранников, но я всегда езжу без них. По-скотски угрожать оружием людям, которых приехал накормить.

— А что будешь делать, если они на тебя нападут?

— Почему они должны на меня напасть?

— Это же Базлук.

— И что? Я родился в Базлуке. Там такие же люди, как мы с тобой.

— Которые сбрасывают трупы в биореакторы.

— А где им их хоронить? Их загнали в такие условия, и им приходится выживать как могут.

— В смысле – загнали?

— Власти Города вывозили в Базлук людей, которых сочли лишними, или вредными, или опасными. Повод любым может быть. А какое право кто-то может иметь, чтобы решать: лишний человек или нет?

— По твоей логике тогда в Городе вообще не должно быть бездомных.

— Просто Базлук переполнился. А богатые и сильные отгородились ото всех своим куполом. Купол вообще может существовать автономно от всего остального Города.

— Если ты считаешь, что люди по своей природе могут жить в обществе на равных, то откуда появились власть имущие, которых ты ненавидишь?

— Какая разница, что было раньше, если важно то, что будет позже.

— А что будет позже?

— Общество рухнет из-за собственных противоречий. И тогда люди начнут всё заново, по-человечески.

— Почему сразу не начали?

— Разве ты сразу сел на велосипед и поехал?

— Нет. – Винсент решил оборвать этот разговор.

Он смотрел на закатное солнце, огненным шаром уходящее за горизонт. Природа окончательно расцвела, и сейчас царила вечерняя весенняя свежесть.

— Хорошо-то как, – сказал он, щурясь на солнце. – Я и не помню, когда я вот так выбирался за город. Мне кажется, что еще в детстве с родителями.

— А где сейчас твои родители?

— Мертвы.

— Грустно слышать. Поэтому ты цепляешься за свою работу?

— Да. Я чувствую себя обязанным.

— Им?

— Нет, но в их память.

— То есть ты обязан себе.

— Да. Пытаюсь, – Винсент съежился, – искупить.

— Чувствуешь себя виноватым перед ними?

— Да…

— Скажу банальщину, но, думаешь, им было бы легче оттого, что ты несчастлив?

— Нет. Не знаю. Надеюсь, что нет.

— Ты не найдешь искупления и утешения в насилии над собой. А вот в помощи ближнему…

— Забавно. Мне так же говорил один близкий человек, который погиб буквально у меня на руках не так давно.

— Ужас. Как это вышло?

— Какая-то тварь напала. А я пришел слишком поздно.