Громов. Хозяин теней. 7 - Екатерина Насута Страница 27

Даже так?

— То есть он ещё считает её невестой?

— О помолвке не объявляли, но договор был подписан. А после Герман не стал его расторгать. И сейчас твоя сестра… она помогает с письмами.

А мне не сказала.

— Это проще, чем передавать через тебя, — сказал Дмитрий, явно извиняясь.

— Да я не против. Действительно, проще… а репутация не пугает? Слухи ж пойдут. Всякие. А если выплывет, что она среди революционеров жила… сам знаешь, что об их нравах говорят.

А выплывет обязательно, потому что дерьмо. И всякое дерьмо имеет обыкновение выплывать. Особенно, когда кому-то оно надо. Врагов же, чуется, у Шуваловых хватает. И не упустят они случая репутации подгадить.

— Тю… напугал ежа голым задом, — фыркнул Никита. — Когда это Шуваловы на репутацию внимание обращали? Его дед вон у цыганского барона жену украл!

— Прадед. И не жену, а дочь, — поправил Шувалов. — Младшую.

— Но украл же…

То есть, это у них в крови? Баб воровать? Или от того самого прадеда и пошло? А потом передалось потомкам, так сказать, закрепившись цыганской кровью.[3]

— А его сын уже боярыню со двора свёл! Замужнюю, между прочим, — продолжил Орлов.

— Только сговорённую, венчания не было.

— Ну да. Он на него гостем прибыл и всё. Мне отец ещё когда сказывал, что с Шуваловыми надо ухо востро держать… если чего, то я в деле!

— В каком?

— Ну, как определишься, кого красть станем, так и зови! Вместе всяко сподручнее!

Куда-то у нас не туда разговор ушёл, хотя, конечно, познавательно до крайности. А ещё понятно, почему вдруг сестрица к Одоецкой прониклась. Поняла, что её можно сбагрить в заботливые руки некроманта, а стало быть, подальше от Николя…

Женщины.

Но эти мысли я при себе оставил.

— Я пока не уверен, — Шувалов явно смутился.

— Вот как уверишься, так сразу зови! Украдём в лучшем виде! Можно прямо с выставки. Сав, или ты сам хотел? Но тебе вроде бы рано пока невесту красть.

Вот откуда, скажите на милость, у высшей аристократии уголовные замашки?

— У меня невеста имеется, — проворчал я. — Так что никого красть не надо. Я о другом. Выставка эта. Куча аристократов. Взрослых. Молодых. Государь. И наследник. Сомневаюсь, что они в разные дни поедут.

Потому что организовать выезд первого лица — это та ещё головная боль для охраны. Не говоря уже о сопровождающих и встречающих, и участвующих во всяких-разных, протоколом положенных церемониях.

— В то же время для простого народа павильоны прикроют, чтобы не создавать столпотворение. И вот самое оно, по-моему, чтоб рвануть пару-другую бомб…

Причём я ведь уже говорил об этом, тогда, у Шуваловых. И потом не раз возвращался и к разговору, и к самому этому мероприятию, которое будто нарочно устроили, чтобы подразнить гусей. И к тому, что нарочность эта настолько очевидна, что… неужели Карп Евстратович бы не додумался? Или Слышнев? Или кто там ещё террористами занимается?

Додумались.

И не отменили. Ладно, не выставку, так хотя бы конкурсы эти. Или вот торжественную раздачу слонов Государем? Перепоручили бы высокую честь кому-нибудь из семейства. А нет.

Тогда почему?

Мало того, что не собираются ничего отменять или заменять, так ещё и конкурс этот объявили, с наследником в главной роли. А к нему, глядишь, и младший из братьев присоединится.

Государыня.

Всё семейство вместе, для пущей благости и удобства той стороны. И вот теперь это уже выглядит откровенной издёвкой. Только кого и над кем?