Стена копий - Брэдли Бэлью Страница 29

Он пожал массивными плечами.

— Найян была умелая, но от моего удара рухнула, как мешок репы. Хотя успела залить кровью Юсама весь хорошенький Ихсанов дворец. – Онур поморщился, но глаза его блестели. Чеда уже выучила, что это у самого мерзкого из Королей означает веселье. – Но что бы там судьбы ни решили в ту ночь, ты права. Найян была одним из лучших Стражей среди Дев. Не только хороший воин, но и хороший командир. Искусных воительниц мало, а одаренных еще меньше. Ты еще девчонка, но я вижу в тебе ее задатки. – Он помолчал. – Ты жаждешь убить еще больше Королей, так?

Керим съежился, а вместе с ним и внутренности Чеды.

— Просто говори, что тебе надо.

Онур вновь раздраженно поморщился.

— Такая же горячая голова, как твоя мать. Она желала падения Королей, так? И кое-что у нее получилось: она забрала Азада с собой на тот свет. – Он сложил руки на круглом животе. – И вот теперь ее дочь пришла мстить.

У Чеды кровь отлила от лица. Все Короли знали, что Айя убила Азада, но только Ихсан смог выяснить, как она связана с Чедой. Что, если другие Короли тоже поняли? Наверняка… впрочем, это было неважно. Главное, что Онур помотал у нее под носом этими сведениями, как приманкой. Неужели… Неужели Айя притворилась, что любит его, чтобы завести Чеду?

Будь у Чеды сейчас горсть песка, она прижала бы ее к губам и пропустила сквозь пальцы в молитве. «Прошу, Наламэ, если ты хоть что-то можешь мне дать, дай это…»

— Ты знаешь, кто мой отец? – спросила она, боясь ответа, но не желая от него прятаться.

— Знаю, – ответил он. Словно поставил между ними золотой сундук, только и ждущий, чтобы его открыли.

— И кто же он?

Его хриплый смешок, казалось, заполнил всю каюту.

— Слишком дорогой дар для той, что ничего не протянула взамен.

— Тогда засунь меня обратно в трюм. Я устала от твоей вони и лучше умру, чем буду стоять и смотреть, как ты заливаешь кровью пустыню.

— Я слышал, что горячность – твоя главная слабость. Не дай ей тебя погубить. – Он взглянул в сторону кораблей племени. – Научи этих дикарей сражаться. Подготовь к походу на Шарахай. Помоги сбросить Королей с Таурията, их золотого насеста, и полюбуйся, как они падают, словно подстреленные утки.

— Я желаю и твоего падения.

Он взглянул на нее с кислой миной.

— Если хочешь отомстить за мать, брось это. Встань во главе моей армии. Смотри, как Короли испускают дух. Трус Кагиль. Змей Ихсан. Могучий Король Клинков. Даже Кирал, Первый среди Королей.

— А если я решу, что первым станешь ты?

— Вот это будет битва так битва! Все боги пустыни соберутся взглянуть. В таком бою никому из нас не стыдно будет умереть.

Чеда удивлена была, заметив в его взгляде некоторое уважение.

— Но с чего племенам идти за тобой, Королем, которого они всегда ненавидели?

— Я дам им то, чего они жаждут: месть. Ничто так не подстегивает людей. Народ пустыни меня ненавидит, но лишь потому, что я из Королей. А вот их ненависть к Шарахаю проникла в самые кости. Им приходится подчиняться городу, и Янтарь пустыни стал для них символом всего ненавистного. Он постоянен и неподвижен. Он кишит чужеземцами. Извращает обычаи пустыни, забирает то, что ей принадлежит. Город они ненавидят куда сильнее, чем каких-то там Королей. Если я обещаю им, что Город падет, разве имеет значение, что я когда-то им правил?