На службе у смерти - Саша Арсланова Страница 3

Трель дверного звонка носила скорее уведомительный характер. Тот, кто пришел в салон мадам Ирэн явно не спрашивал дозволения войти. Потому что не успела Яся приземлиться на стул у того самого злополучного круглого стола, как хлопнула входная дверь, заскрипел паркет в крохотном коридорчике и, отодвинув разноцветную бахрому, заменяющую дверь, в проходе появился гость. Яся невежливо раскрыла рот, разглядывая вошедшего, потому что мужчина, который сейчас также внимательно разглядывал ее, был как минимум самым настоящим героем любовного романа. Притом не какого-то конкретного, а всех их вместе взятых. Высокий, с густой шапкой темных волос, волевым подбородком, чувственными губами…

— Где она? – отрывисто спросил незнакомец.

— Опять смылась, – заявил шедший за ним следом парень, и Яся недоуменно моргнула. Где-то во дворе рассыпали грузовик с красивыми мужчинами, и те ломанулись к гадалке?

Парень деловито обошел комнату, сунул нос в сервант, отчего Яся чуть не подпрыгнула на месте, и обернулся к своему спутнику.

— Блин, Трофим, опять опоздали. Да что ж такое-то?

— Добрый день, – Яся, будто очнувшись, потянула к себе ежедневник, – Вы записывались?

— Конечно, – отозвался тут же парень, противно ухмыляясь, – Проверьте там у себя – Максим Шолохов, по вопросу сожжения ведьм.

Яся деловито открыла ежедневник и даже какое-то время старательно листала страницы, делая вид, что сверяет прием. Как же не повезло! Такой симпатичный, а уже душевнобольной. В Петербурге, она слышала, вообще много таких, у кого с головой проблемы, но обычно они выползают по осени или ранней весной…

— Извините, не могу найти вашу запись, – она ослепительно улыбнулась и преувеличенно ласково добавила, – Наша вина. К сожалению, мадам Ирэн сейчас не принимает, она в творческом отпуске. Могу предложить вам запись на следующий месяц в любое удобное время. А за нашу оплошность готовы предоставить скидку… – Яся замялась, гадая, не получит ли по шее за самоуправство, – Пять процентов.

В комнате ощутимо запахло гарью. Она вскинула голову, принюхиваясь, но ни свечей, ни еще чего горючего поблизости не наблюдалось.

— Не нужно, – глухо ответил второй, Трофим, и повернулся, чтобы уйти.

— А телефончик? – вспомнив наставления старухи, попросила Яся. Потом поняла, что сморозила, покраснела и добавила:

— Оставьте, пожалуйста, ваш номер телефона, как только мадам Ирэн вернется из отпуска, я обязательно вас наберу и предложу…

— Жду на улице, – сказал Трофим к своему спутнику и ушел.

Яся обиженно засопела, мог бы и попрощаться, чай, в культурной столице находились. И вовсе он никакой не герой романа, а просто смурной и грубый тип.

— Записывай, – сел напротив Максим Шолохов, приготовившись диктовать, – Только ты сразу позвони, как она вернется, хорошо?

Яся кивнула.

— И имей в виду, это вопрос жизни и смерти, – он внимательно ее оглядел, – Поставь себе крестик что ли на ладошке, чтоб не забыть. Вы, блондинки, обычно хорошей памятью не отличаетесь.

Яся снова кивнула, не поднимая глаз. Записала телефон, и, дождавшись, когда второй посетитель покинул салон, вырвала листок с номером телефона из ежедневника и порвала его на мелкие кусочки. Будет она еще какому-то хаму больному звонить! Пусть катятся себе подальше. А в следующий раз заявятся, так она скорую вызовет с психиатрической бригадой! Прокапают их там, может, научатся нормально с людьми разговаривать.