Заброшка - Эра Думер Страница 3

Вопреки расхожему мнению о пустоголовости, макеты носили слепки знаний прототипов, но в сжатом качестве. Понятия же справедливости, мечты, любви и прочие были табуированы, ибо подрывали самосознание макета, который ловил когнитивный диссонанс и принимал Т-позу.

ПсевдоЯн едва ли обладал хотя бы четвертью знаний Януса, и в целом они разнились не только в отношении ко мне. Например, деревянный товарищ никаких каштанов не ел, зато галлонами поглощал сладкую газировку. Руки за спиной не держал и вообще был прямолинеен как шпала – и в позах, и в словах. Где-то проходила черта, что разделяла персоны прототипа и шаблона. Но в какой плоскости? Сродни вопросу «что есть „я“?».

Ян молчал с плохо скрываемым неудовольствием, обхватив себя за локти. Вдалеке зеленели трофейные палатки, в которых ночевала наша группа странников; коричнево-красные кусты усеивали неблагодатную почву, а редкие билборды врастали в разрыхленный асфальт, поросший травой. Пасмурное небо висело над степью, как наполненный дождевой водой брезент. Чужеродные звезды затянули тучи.

Мне казалось, что я уже видела эту картину раньше.

— Зябко, – обратилась я к притихшему Яну. – Давай разведем костер.

Уже в лагере достала из рюкзака кубик парафина и зажигалку необычной формы, которую стащила с кассы одного из супермаркетов. Из-за нескончаемого дождика бревна отсырели: парафин не возвращал костру огня. Я потерла веко, придумывая, как быть, но в ноги обрушились деревянные конечности, заставив отпрянуть и воззриться на Яна. Он отряхнул руки и сказал:

— Даже не вздумай делать такое лицо.

Присев над своеобразными дровами, я вытянула марионеточную голень и скривила рот:

— Тебе самому от себя не противно?

— Хамка. – Макет подбоченился, пнул конечности и добавил ворчливо: – Верно говорят, не хочешь зла – не делай добра.

Я старалась не смотреть в голубые глаза, словно боялась поднимать взгляд на покойника, как на отпевании из прошлой жизни. Впрочем, раз альтернативная вселенная – всего лишь комфортная золотая клетка господина Лебье, то мои родители мертвы в реальности. Ни к чему было тешить себя пустыми надеждами. Красная, кроваво-красная таблетка, Нео. Но почему у меня сохранялось стойкое чувство, что все вокруг нереально?

Подул сырой ветер, выдернув из думы и заставив поторопиться с костром. Решение принято – пришлось жечь останки макетов, и это было жутким зрелищем. В отличие от меня, Ян, на лице которого развернулся спектакль теней, равнодушно взирал на то, как копии ликвидатора АИН плавятся в огне.

Дело шло к рассвету, когда, изможденная бессонной ночью, я клевала носом под треск догорающих дров. Макет ворошил их палкой, которую раздобыл в лесу пару дней назад и с которой с тех пор не расставался. Фрейд бы назвал это сублимацией: Янус без ключей, зато с посохом.

Так, глядишь, дойдем и до Хаоса с Порядком… Выберемся отсюда. Но куда? Пастись на иллюзорных лугах родного мира не тянуло, несмотря на «воскресших» близких – «Нео» уже вкусил запретный плод красной таблетки и стремился пробить дно кроличьей норы. Бороздить космические просторы с бандой аутсайдеров, чтобы вернуть Аэлиту? Но справлюсь ли я?

— Нет, – произнесла я с зевком, бросив попытки уснуть, и укуталась в куртку. – Ни в одном глазу. У нас еще, – глянула на наручные часы, которые показывали земное время, – пара часов до подъема. Надо чем-то себя занять.