Разъяренный дракон - Цинхань Цэцэ Страница 30

— Не будет, – Ци Ся взяла палочками кусочек утки и, пережевывая, продолжила говорить. – Однажды во время приема в местной администрации Хэшан случайно разбила очень дорогую нефритовую вазу. Чтобы возместить ущерб, ей пришлось пойти в ту семью служанкой-наложницей, отдать тело в счет долга. После этого ни о каких отношениях с кузнецом Жао больше и речи быть не могло.

— Отдать тело в счет долга… – А-Нань, сжимая чашку с чаем, замерла на мгновение, а затем, не удержавшись, слегка ущипнула собеседницу. – На что это ты намекаешь? Я и мой Господин любим друг друга, мы преданы друг другу, никто никакой долг не отдает!

— Нет-нет, чего ты, я просто ни с того ни с сего вспомнила сестрицу Хэшан, не знаю, как так получилось… – Ци Ся поспешила извиниться, видя, что А-Нань вот-вот вспылит. – К тому же с чего тебе быть в долгу? Ты просто благодарна за милость, поэтому обещала себя ему!

— Вовсе нет! – решительно заявила А-Нань. – Я и Господин…

Она на мгновение запнулась, не успев найти правильных слов, чтобы описать свои чувства к Господину, как рядом внезапно раздались шаги. Вошли двое служащих и окинули взглядом помещение.

— Кто здесь певичка Ци Ся из Музыкальной палаты?

— Это я, – беспомощно поднялась со своего места Ци Ся, увидев, что это снова правительственные служители. – Господа чиновники, уже ночь, да и дождь на улице, неужели мне опять надо на допрос? Утром же уже допрашивали…

Не успела договорить, как служитель набросил ей на шею цепь.

— Дело раскрыто, и в управлении уже подписан ордер на твой немедленный арест!

Ци Ся вся задрожала от испуга; палочки, которые она держала в руке, тут же упали на пол.

— Господа служители, в чем обвиняют Ци Ся? – спросила А-Нань, поспешно схватившись за цепь.

— Речь о деле об убийстве управляющего Дэчжоу! – нетерпеливо ответил чиновник.

— Власти уже провели тщательное расследование и определили, что Ци Ся непричастна к убийству управляющего Мяо!

Цепь врезалась в шею, причиняя боль, и Ци Ся пришлось просунуть руку в петлю, чтобы дышать.

— Меня действительно не было в той частной комнате, вы же уже спрашивали несколько раз…

— Мы просто выполняем приказ. Есть что сказать – будешь говорить на допросе в зале суда! – рявкнул чиновник, потянув Ци Ся. – Пошла!

Видя, что чиновники свирепы как волки, Ци Ся успела только вытащить золотую шпильку из волос и поспешно сунуть ее в руки А-Нань.

— А-Нань, сохрани ее для меня, но если я… Продай ее, если потребуется оплатить мои похороны.

— Не неси чушь, с тобой все будет в порядке! – А-Нань спрятала ключ и золотую шпильку, а затем проводила Ци Ся взглядом, наблюдая, как чиновники уводят девушку под дождем.

Она долго еще стояла у входа в лавку, раздумывая, не пойти ли к А-Яню и выяснить, что произошло. Но уже ночь, куда она пойдет искать его? Нельзя же посторонней просто так ворваться в Восточный дворец, чтобы поговорить с человеком.

Размышляя, она услышала сквозь дождь цокот копыт. Перед ней остановились два высоких и статных вороных коня, запряженных в карету, покрытую золотым лаком и украшенную нефритовыми элементами. Занавес кареты был слегка приподнят, в свете уличных фонарей, приглушенном ветром и дождем, она увидела Чжу Юйхэна. В таком освещении его всегда мрачное выражение лица показалось ей удивительно нежным.