Лимбус. Том 2 - Эон Линь Страница 31

Дождь продолжал идти, и это придавало сил. Я сконцентрировал ци и призвал воду, замораживая ее и создавая тысячи и тысячи ледяных мечей.

— Да прольется на неверных ледяная кара. Воплощение воды шестое «Танец тысячи мечей».

Я сложил два пальца и, начертав печать, ударил ее раскрытой ладонью. Ледяные мечи обрушились на демонов, вонзаясь в их тела, проникая в кровь и замораживая ее. На такое воплощение требовалось много энергии, но так было проще всего отделить демонов от людей и дать последним возможность спастись.

Как я и предполагал, началось волнение. Князья и Смертные Грехи разбивали ледяные мечи, не понимая, откуда те взялись. Но выигранное время позволило паладинам возвести защитный барьер. Он еле мерцал, накрывая земли Экнориана. Я снова сложил два пальца вместе и начертил в воздухе новую печать.

— Воплощение воды девятое, «Кара тысячи волн. Призыв Байшэ»[64].

Стена воды встала между демонами и миром людей. Из нее показалась голова огромного белого змея. Он взревел и выпустил изо рта смертоносные струи воды. Одновременно с этим одна волна за другой накрывали монстров и затягивали их в водоворот. По вискам струился пот, а дыхание стало тяжелым. Применение подряд двух сложных воплощений исчерпывало энергию слишком быстро, и теперь следовало положиться на меч. Я нарисовал печать на лезвии.

— Воплощение воды четвертое, «Меч тысячи вод».

По клинку пробежали волны, которые вмиг замораживались и рассыпа́лись льдинками. Я надеялся, что времени до полного истощения хватит, чтобы расправиться с Князьями Тьмы и Смертными Грехами.

После последней волны земля затряслась, и в ней стали появляться огромные разломы. Один из них оказался прямо у меня под ногами, и я перепрыгнул в более безопасное место.

— Рекси, не убивай нашу игрушку сразу, прояви уважение к Повелителю Тысячи Вод.

Надо мной раздался знакомый грубый голос Дау. За ним последовала молниеносная атака его меча. Я поймал лезвие своим клинком и, выдержав удар, оттолкнул первенца Ахимота.

— А ты стал сильнее, Юань Фэнь. Давно хотел опробовать твой меч. – Дау провел острием себе по щеке, и на коже незамедлительно выступила кровь. Он с наслаждением улыбнулся и закатил глаза, будто боль доставила ему настоящее удовольствие.

— Сам бы посидел в стороне, братец.

Из образовавшегося тумана вышла высокая стройная девушка в необычном костюме, напоминающем мужское одеяние. Поверх узких брюк на одном колене тускло поблескивала броня. Рубашка плотно обтягивала фигуру, а корсет был затянут настолько туго, что талия казалась немыслимо узкой. На ногах же блестели высокие, до колен, сапоги с тонкими цепями, звенящими при ходьбе. В руках она держала окровавленную тебянь[65], обмотанную вокруг предплечья, подобно змее. Рексихтон отбросила назад светлые волосы и кровожадно улыбнулась.

— Братец, дома я с тобой серьезно поговорю. Как ты посмел прятать от меня такого милашку? Неудивительно, что вы с Владыкой зачастили в Лимбус. Решил себе его заполучить и сам им питаться?

Княжна взмахнула тебянем, и металлическое острие плети врезалось в землю, порождая еще одну трещину.

— Все вопросы к отцу, Рекси, я лишь следовал его указам. Юань Фэня нельзя было трогать, – недовольно буркнул Дау и закинул меч на широкие плечи.

— Значит, сейчас можно? – Она поднесла звенья тебянь к губам и, высунув язык, медленно слизнула с них кровь.