Немезида ночного ангела - Брент Уикс Страница 310

И почему храбрым людям приходится гибнуть ради трусов? Сила чародейки была для меня в сто раз опаснее силы этого солдата.

Он ведется на мой ложный выпад, и я, перехватив его копье, прыгаю ему за спину, делаю сальто, уворачиваюсь от контрудара тупым концом древка, нацеленного мне в лицо, а затем ка'кари распарывает ему левый бок от пуза до спины.

Я догоняю улепетывающую со всех ног чародейку, едва она успевает подбежать к лестнице.

Магический прожектор гаснет, когда тело чародейки с влажным стуком валится по ступеням вниз. Отсеченная голова скачет следом, после чего перекатывается через него.

Несмотря на внезапно наступившую темноту и тишину, я продолжаю двигаться – потому что нельзя оставаться на месте, когда не знаешь, какие еще опасности тебя поджидают. Однако я ступаю бесшумно, остаюсь начеку и осторожно спускаюсь по мокрым, скользким ступеням.

Снаружи доносятся приглушенные крики, которые становятся громче, когда я миную последнюю ступень. Солдаты безрезультатно колотят в двери. Судя по всему, те заперты и снаружи, и изнутри.

Кто-то что-то кричит про короля и требует, чтобы его впустили.

Вокруг больше не осталось людей, которые хотели бы со мной сразиться. Я возвращаюсь к тому месту, где оставил Исмаену.

Она исчезла.

Мне нужно выбираться отсюда. Причем побыстрее. Я иду к двери напротив той, через которую вошел.

У солдат не получается пробиться через первый вход, значит, скоро они пошлют кого-нибудь проверить другие двери – если уже не послали, – и только потом начнут их ломать.

В этом вся прелесть работы против старых, укоренившихся сил – пехотинцы обычно не имеют права принимать решения. Если вам приходится гадать, за что вас накажут сильнее: за то, что вы выломали дверь, или за то, что не подоспели вовремя к сражению, то к сражению вы не подоспеете никогда.

К сожалению, если я слишком сильно задержусь, они успеют проверить все двери. И если поймут, что остальные тоже заперты, то, готов поспорить, какую-нибудь да выломают.

Стоит мне протянуть руку к перекладине, на которую заперта нужная мне дверь, как снаружи в нее начинают колотить солдаты. И я слышу, как их товарищи колотят в другие двери, ведущие в тот же коридор.

Наверное, солдат там около дюжины, но их может оказаться вдвое больше. Дюжина бойцов в одном хорошо освещенном коридоре. И сколько среди них будет магов? Учитывая, что мы совсем рядом с носом корабля… Не знаю. Наверное, много.

Я бегу к дверям в передней части зала.

Но не успеваю пробежать и половины пути, как слышу крики и за ними.

Солдаты теперь у каждого входа. Если повезет, они еще минут десять будут спорить о том, что им можно делать, а чего нельзя, и координировать группы у каждой двери. Или же они прямо сейчас вышибут какую-нибудь из них.

Нет, подождите. Я проверил не все двери – только те, что были на этом этаже. Мы же на корабле. Даже если проектировщики хотели, чтобы бóльшая часть зрителей входили в зал снизу, наверняка на одном из балконов…

Раздается далекий грохот, и через самую дальнюю дверь самого верхнего балкона в зал начинает литься свет. Внутрь врываются солдаты с факелами.

Мое сердце екает. Куда подевалась Исмаена? Выскользнула в коридор? Разве она могла открыть дверь так, чтобы я не заметил в темноте поток света? Нет, нет, когда я проверял, все нижние двери были заперты изнутри.